Убрав диагност, Штерн выкопал из сумки трехмодульные очки и жестом попросил опустить Селестию на стол. Аликорны переглянулись - расставаться им не хотелось.
- Ну-тс, Ваше Солнечное Величество, помогите мне обследовать вас. Расскажите подробнее о вашем состоянии и ответьте на несколько вопросов.
Заполучив Принцессу Солнца в свое распоряжение, профессор колдомедицины принялся скрупулезно изучать ее, вращая телекинезом словно диковинную головоломку.
- Посмотрите на меня. Так, глаза блестят, цвет здоровый, взгляд ясный, хорошо. Покажите язык. Здоровый, налета нет. Раскройте крылья, подвигайте ногами - суставы не болят? Нет. Отлично. Окрас и перья у вас очень красивыми получились. Теперь попробуйте поднять магией вот эту ложку.
Охваченная магией ложка, шевельнувшись раз-другой, не поднялась, но свернулась в бараний рог.
- Ясно, ваши размеры сильно лимитируют использование магии, будьте осторожны с применением ее, особенно на расстоянии, а то в графин вы уже влетели.
Луна, слушая бормотание Штерна, участливо сопела.
- Динамика выздоровления определенно положительная. - Заключил Штерн, возвращая Селестию на подушку. - Можно сказать, Луна, что затея ваша удалась, и пациентка находится в состоянии, какого достигла бы через неделю лечения при обычном ее размере. Разумеется, многое хорошо бы уточнить. И интересно, что об этом скажет Зекора? У нее ведь тоже есть свой секрет уменьшения.
- Если Зекора сможет уменьшиться снова или уменьшить Вас, профессор Штерн, Вы сможете тщательнее обследовать меня и вычислить дозы необходимых лекарств.
Селестия повертелась на подушке, утаптывая складки уютным гнездышком. Затем движением крыла подозвала Луну.
- Сестра, твои чудесные ночи, бесспорно, достойны всеобщего признания. Не обессудь, но населению Эквестрии пора просыпаться. Я прошу тебя поднять Солнце.
Мрачно вздохнув, Принцесса Ночи шагнула к балкону, телекинезом отворяя дверь и напевая вполголоса:
Мы не меряем Эквус шагами, мимоходом цветы теребя.
Мы толкаем светила рогами от себя, от себя.
- Луна, используй мой нагрудник, он сбалансирует магию Солнца и поглотит ее избыток.
Слегка замедлив шаг, темный аликорн молча подхватила телекинезом солнечный ярем и вышла с ним в сумрак ночи, серебристо подсвеченный луной.
И на сей раз восход Солнца дался младшей принцессе значительно легче, ей даже не понадобилось исцелять ожоги.
Когда над миром солнце всходит
И пробуждается рассвет,
Я наблюдаю за природой
И только в ней ищу ответ.
Донеслось негромкое напевное с балкона. Довольная собой, Луна вернулась, краем глаза заметив одобрительную улыбку Штерна.
Солнце всходит и заходит по веленью моему!
Селя по небу летает по веленью моему!
Весело пропела Луна и, подняв Селестию магией, запустила ее в полет по красивой орбите вокруг себя.
- Доброго утра! А знаешь, Селя, если перевернуться, то восход солнца выглядит красивым падением его в голубую бездну неба.
- Эй, эй, Луна, прекрати, у меня голова кружится! По веленью твоему я сейчас здесь натошню... й-ик! - Запротестовала малышка-аликорн, поспешно зажимая рот ногами.
Пришлось Луне прервать орбитальный полет необычного спутника и совершить посадку его на столе.
Успокоившись, Селестия вновь поманила Луну к себе, и когда та подошла, прижала рог к сияющему в центре нагрудника рубину. На миг, заставив всех зажмуриться, в комнате вспыхнуло миниатюрное солнышко. Но Селестия сумела удержать под контролем поток магии из кристалла и аккуратно вобрать некоторую его часть.
- О-ох… - Выдохнула она, расправляя крылышки и встряхиваясь всем тельцем. - Та-ак хорошо, я ощущаю себя столь легкой и светлой, и оперившейся…
- Ваше Величество, не позволяйте эйфории ввести Вас в заблуждение. - Осадил аликорна Штерн. - Вы по-прежнему малы, слабы и беззащитны как мышь, у Вас дисбаланс магии, чреватый непредсказуемыми эффектами, и еще…
- И еще я голодная! - Негодующе пискнула Мышьлестия. - Вот вам стратегическая задача первоочередной важности - накормить вашу принцессу, и срочно!
- Будем выполнять. - Усмехнулась Луна, передавая Штерну напитанный солнечной магией нагрудник. И от души, не скрывая раздражения, зычно гаркнула в сторону двери:
- ГВАРД!
В окнах жалобно тренькнули стекла, не рассчитанные на мощь легендарного «Кантерлотского Гласа». Наступила краткая звенящая пауза - в коридоре же продолжал раздаваться тихий храп.