- Хорошо, я твоя, - ее слова как искра для пороха моего терпения и оно в секунду заканчивается. Не замечая как, перелетаю к ней через стол и вот я уже стою напротив, между нами шаг, мы оба дышим как после глубокого погружения и не отрываем глаз руг от друга.
- Ты не пожалеешь, - последнее что могу произнести еще более-менее человеческим голосом и потом срываюсь окончательно.
Подхватив девушку на руки я несу ее на диван, а она доверчиво приникает к моей груди и обхватывает шею. Мы с волком урчим как какой-то домашний котик, но нам это нравится. Уложив девушку на диван я стою над ней и не могу поверить происходящему. Эта маленькая волчица, такая смелая и красивая, сама пришла ко мне. Сделала выбор быть со мной. Я должен быть осторожен, боже помоги мне, я постараюсь быть осторожным.
Сев у дивана на корточки я поднимаю руку и кладу ей на щеку, она трется о нее и мы оба закрываем глаза от удовольствия. Потянувшись к ней я пробую ее губы на вкус, ее запах дурманит мне голову, но я держусь. Прикинув что силу альфы почуют все в здании я подумал предупредить Барта, но эта мысль быстро была сметена осторожными касаниями ее язычка моих губ. Прорычав, я усилил давление на ее губы и добрался до ее влажного жара, лаская языком изнутри. Рукой я гладил ее щеку и зарывшись в ее белоснежный шелк волос притягивал к себе ближе. Когда поцелуев мне стало слишком мало, а девушка уже еле дышала от моих атак, я рывком сорвал рубашку, срывая пуговицы и отбрасывая ее в сторону. Ее ладошка коснулась моей груди и мое сердце чуть не кинулось ей в руку, прорвав грудную клетку. Опустив руку с ее головы на шею я провел ниже к ряду пуговичек на рубашке. Похоже она не сильно рассчитывала на такое завершение встречи и оделась явно не для соблазнения. На ней была наглухо застегнута простая рубаха в клетку и джинсы, но для меня сейчас не было непреодолимых преград и выпусти коготь на пальце я срезал одну пуговицу за другой, распахивая рубашку и обнажая самое желанное тело на свете. Луна тяжело дыша следила за моими действиями, а ее ладошка непроизвольно вырисовывала на моей груди узоры. Когда я срезал все пуговицы, то взял ее ладошку и поцеловав приподнял ее за спину и стащил с нее рубашку. Оставив ее в сидячем положении сел рядом на край дивана и прижал к себе, ощущая голой кожей ее шелковистость и гладкость. Хотелось потереться о нее всю. Дал себе секунду усомниться что не надо торопиться с бельем и вот уже расстегивал застежку ее лифчика и зубами за лямки спустил с ее плеч, он упал ей на колени. Отбросив его я отстранился и посмотрел на нее. Сейчас ее волосы были убраны в косу и я мог видеть ее грудь без завесы, как тогда ночью, когда увидел ее в вырезе халата и потом в лесу. С той ночи я мечтал опять прикоснуться к ней губами и воплощая свою мечту под напряженный ждущий взгляд девушки я опустил голову и лизнул сосок, сначала один потом второй и услышав судорожный вздох девушки припал к одному и начал посасывать горошину, перекатывая вторую между пальцами. Луна дернулась и вжалась сильнее в мою руку и рот грудью. Улыбнувшись что девушке нравиться я перешел к другой груди и не обделил и ее своим вниманием и усердием. Когда девушка начала дрожать в моих руках от возбуждения я снова уложил ее на спину и нависнув над ней горящим взглядом разглядывал свое сокровище. Поцеловав ее, нежно надавливая на губы и требуя пропустить себя в свои владения я погрузился в ее рот и пил ее стоны. Не теряя времени и пользуясь что она возбуждена я начал освобождать ее от джинс, расстегнув замок с пуговицей отпустил ее рот и шепнул ей в губы.
- Приподними попку, - она тут же выгнулась и я застонал от близости ее груди к моему рту, но не забывал стягивать с нее джинсы вместе с трусиками, ждать и растягивать пытку для нас обоих я уже не мог. Когда я откинул последние детали одежды, то снова припал к ее губам, но уже настойчивее требуя ответа и рукой скользя по груди опустился по животу к ее холмику. Погладив и чуть надавливая на девичье местечко я проник внутрь когда она под давлением распахнула бедра и проглотил ее вдох когда начал гладить ее губки, проникая в сердцевину и поглаживая вход в мои персональные врата рая. Она напряглась, но не отстранилась и я поднял голову, заглянув в ее горящие глаза.