Из бортового дневника, Жозефины Азуле: «Хьюстон, предложил, перенести тренировки на вторник. Даже не знаю, что из этого выйдет, они хотят забрать этот день для диагностики корабля. Зачем нужно, каждый вторник диагностировать Discoverer, не понятно. Раз в месяц, по-моему, вполне достаточно. Наверное, что-то произошло и они не хотят нам говорить».
— Вы выиграли путевку на Марс, благодаря своему юношескому увлечению? — Джек Хоггарт.
— Я поднималась на Мон-Блан, высшая точка Европы и Альп, высота 4810 метров. К альпинизму меня привел отец, когда он начал этим заниматься я не знаю, зато знаю, что его главная вершина Джомолунгма,8848 метров, высочайшая вершина Земли. Эверест главный приз для любого альпиниста. Конечно же я гордилась отцом, мне казалось, что он занимается по настоящему мужским делом, от начала и до конца и как хрупкой девушке показывает отличный отцовский пример. Матери естественно это не нравилось, считая такие восхождения очень опасными, чем они на самом деле и являются, но дух свободы живший в его сердце, было не сломить, даже женскими слезами. Первые покорившиеся мне горы, ставшие для меня началом увлекательнейшего периода в моей жизни, я уже даже и не смогу вспомнить. На Мон-Блан я взошла в составе группы из университета, где был альпийский кружок, где я кстати познакомилась со своим будущим мужем, в 2015 когда мне было 19 лет, со стороны Франции и на ее вершине я поставила французский флаг, как и многие мои соотечественники, добравшиеся до этой вершины.
Для молодой девушки, это было тяжёлое испытание, но зато осталась закалка характера на всю оставшуюся жизнь, что не раз мне помогало. В такие периоды происходит смена ценностей, меняется мировоззрение, особенно если это случается в еще юные годы. Я уже поступила на психологический факультет и в то время еще никто себе и представить не мог, что я полечу на Марс. Наверное, гены, передавшиеся мне от отца, сделали свое дело, ведь он тоже ничего не боялся и всегда говорил мне, что мечта — это не что иное как долгая и напряженная работа. Во многом именно это и сделало меня главным претендентом на роль одного из членов миссии на Марс, учитывая, что после психологического факультета я продолжила обучение в медицинском и закончила с отличием на хирурга, а уже после я поняла, что мое призвание — это космос. В итоге у меня была отличная репутация на роль астронавта, что собственно и произошло. Поэтому ни чего удивительного, что меня выбрали для полета к красной планете, в таком долгом путешествии обязательно должен был быть врач, тем более такой профессионал как я.
— Жозефина, Вы, знаете, что ваш отец был не только профессиональным альпинистом, но и шпионом, работавшим на французскую разведку DST, «Сюртэ».
— Да, мать мне рассказывала, но меня это если честно мало интересовало, если даже это и так, какое отношение это имеет к экспедиции?
— Так как, вы являетесь гражданкой Франции, мы не имеем право держать здесь вас, через неделю, Жозе, вы будете депортированы во Францию, где с вами будет проходить похожий допрос, моя задача выяснить, что может стать известно о проекте «Сюртэ», то чего вы можете умолчать сейчас.
— Я абсолютно искренне все рассказываю, ничего неутая, я так понимаю из-за того что инициатором «Эхо» являлась американская сторона, возникают некие проблемы, с гражданами других стран, по неволе ставшие участниками и свидетелями, очень опасного и секретного мероприятия, хотя странно вы должны были это понимать прежде чем запускать проект и подготовить план по дальнейшим действия всех сторон экспедиции, что будет известно мне, станет известно и моим нанимателям, Франции, это было понятно с самого начала, вот только не пойму причем тут мой отец, хоть даже он и работал на «Сюртэ»?
— Кристоф, не просто завербованный гражданский, он учувствовал в Японской программе по подготовке лунных колоний «Вилафлор», названой в честь испанского города, где в первые и встретились ваш отец и руководитель программы, Мамору Морита, Кристоф, ведь его второе имя, после миграции из Японии, а настоящее имя, Кларк Харада, к чему это я, к тому что программа «Вилафлор» являлась промежуточным этапом между лунной и Марсианской колонизационной миссии и он в свою очередь, должен был знать, что его дочь станет колонисткой Марса, как следующим звеном в программе. В городе «Вилафлор», уникальные пейзажи напоминающие лунные, туда часто приезжают люди, которым так или иначе нужна местность на земле для экспериментов, схожая с луной поверхностью, пустынные участки с торчащими с поверхности Сталагмитами, похожими на термитники.