Близость осуществления планов Густава будоражила, вселяя уверенность в собственном “бессмертии”, а это, порой, и без особого повода заставляло дерзить, просто от переполняющих эмоций.
Сейчас же это было последним, что следовало делать. Хотя бы потому, что мистер Дарнелл имел полное право сердиться.
Так что оставалось только мысленно себя успокаивать и надеяться, что ничего не взорвется в процессе.
— Я совсем чуть-чуть, — выпалил он, стоило двери распахнуться. — Даже не захмелел, честное слово.
— И, тем не менее, оправдываешься так жарко, что, видимо, прекрасно помнишь о запрете и осознаешь, что по голове тебя за это никто не погладит, — мистер Дарнелл выглядел исключительно хмурым. – Джайлз, ну что опять? Ты две недели еле ползал и едва справлялся с минимумом заданий, и, как только тебе стало легче, первым делом пошел напиваться?
– Я не напивался, – юноша поджал губы. – Разве я выгляжу пьяным? Вы бы внимания не обратили, если бы не запах. И что в этом плохого? Понимаю, если бы я накидался до соплей…
– Если бы ты накидался до соплей, мы бы по-другому разговаривали, – доктор нахмурился еще сильнее. – А если ты и сам не понимаешь, что тут плохого – подумай хорошенько.
– А если без загадок? – вышло резче, чем Джайлз надеялся, пришлось поспешно сбавлять тон. И чтобы не злить мистера Дарнелла, и чтобы не давать себе разойтись. Хватит уже взбрыкивать. Но как не злиться, если наставник ведет себя с ним как с маленьким ребенком? – Просто ответьте, ладно?
– Ладно, – мужчина пристально взглянул ему в глаза. – Ладно, объясню, раз это не очевидно. Просто сам по себе бокал шампанского или, на худой конец, кружка эля – это не страшно. Но вот то же самое, когда тебе прямым текстом было запрещено притрагиваться к алкоголю – уже куда серьезнее. Это не про спиртное и его последствия, это про игнорирование четко обозначенных правил.
Взгляд Джайлзу все же пришлось отвести – уж слишком пристально мужчина сверлил его глазами.
– Да, я помню, что вы запрещали. Простите. Я не хотел выказывать неуважение к вашим правилам.
Мистер Дарнелл покачал головой.
– Я понимаю, что для тебя непросто удерживать себя в каких-либо рамках. Но и ты должен понять меня в стремлении установить эти самые рамки.
– Понимаю, – как Джайлз ни боролся с раздражением, оно все же сквозило в каждом слове, в каждом судорожном движении лицевых мускулов. Не стоило даже надеяться, что от доктора эт укроется. Что само по себе злило еще больше. – Давайте уже закроем тему? Я облажался. Снова. Просто накажите меня как всегда и закончим с этим.
– Почему в твоих словах столько обвинения? – кажется, доктор заговорил немного удивленно. – Ты говоришь, что все понимаешь, а звучит так, будто виноват во всем все равно я. Если у тебя есть претензии – высказывай их. Пожалуйста. Мы уже проходили это, будешь отмалчиваться – выйдет только хуже.
Джайлз хотел было мотнуть лохматой головой и сказать, что все нормально, но неожиданно поймал себя за язык. А правда – кто ему виноват, что он сам молчит, а потом дуется, что его не понимают?
– Это… не претензия, – он попытался собрать мысли в кучу и облечь смутное раздражение в слова. – Я… знаете, мне просто не нравится, что вы меня наказываете. Нет, в смысле… Не знаю. Понятно, что мне не должно это нравится, но такое чувство, что вы держите меня за маленького ребенка, которого обязательно нужно ткнуть носом в его ошибку, потому что иначе он не поймет.
– А ты поймешь? – деловито уточнил доктор. И, увидев, как юноша возмущенно открывает рот, поспешил добавить. – Если вдруг ты об этом подумал – нет, это не насмешка, я спрашиваю вполне серьезно. Ты готов понимать, когда тебя никто ничем ни во что не тыкает? Готов мыслить категорией “это правильно” а не “что мне будет, если я этого не сделаю”?
Джайлз немного опешил.
– Я… Наверное, да. Да, я готов, – он вновь заставил себя взглянуть наставнику в глаза. – Во всяком случае, я готов пытаться так мыслить.
– Хорошо, – мистер Дарнелл удовлетворенно кивнул. – В таком случае, я не стану тебя наказывать и мы закроем эту тему. Ты пообещаешь мне, что не будешь больше выпивать где попало без моего ведома?
– Обещаю, – выпалил Джайлз, сам пораженный тем, что это сработало. Вот так просто, без усилий, без попыток выкрутиться.
– Спасибо, – искренне поблагодарил доктор. И, подумав, добавил. – Поскольку ты считаешь себя взрослым и хочешь нести за себя ответственность, я не стану следить и спрашивать, пил ли ты. Это теперь полностью вопрос твоей жизни и твоей совести.
– Я не стану, честное слово. Вы увидите.
– Не увижу, потому что не стану смотреть, – мужчина слегка улыбнулся. – Теперь это не мое дело, если только ты сам не захочешь чем-то поделиться или попросить помощи. Это не проверка, тебе не нужно мне доказывать, что ты взрослый и готов к ответственности. Ты это сказал и я верю тебе.