— Это было до того, как город замело, — возразил мужчина. — Зная тебя, ты обязательно утонешь в каком-нибудь сугробе. Или кого-нибудь там утопишь, что вероятнее. Так что до моего возвращения чтобы из дому ни шагу, понял? Буду к ужину, разберем прочитанное.
Повод был натянутым и смехотворным, но Джайлз, пожалуй, принял бы его, тем более, что в такую стужу куда-то выползать и правда не тянуло. Однако этим утром они с Густавом уговорились о встрече, так что пропустить ее было никак нельзя. Избранный день неумолимо приближался, любое промедление могло привести к катастрофе.
Вариантов оставалось немного. Потому, дождавшись, пока врач уедет и выждав какое-то время, чтобы нигде не пересечься, юноша оделся потеплее, и, выскользнув через калитку для слуг, поспешил к условленному месту, стараясь и правда не утонуть в сугробах.
Уходя, он оставил записку с извинениями – на всякий случай. Если доктор приедет раньше, он так и так заметит отсутствие ученика. Пускай хотя бы не волнуется и знает, что ушел тот своими ногами и на них же вернется в нужное время.
Это совесть не сильно успокоило, если уж честно. Выходило как-то совсем по-идиотски. Бить себя пяткой грудь с криками, что взрослый и самостоятельный – а на следующий же день сбегать из дома, вместо того, чтобы попытаться договориться и объяснить, что ему действительно нужно. Почему-то последний вариант пришел в голову только когда он уже боролся с превратностями погоды в миле от дома. А ведь и правда – что мешало просто поговорить? Неужели же мистер Дарнелл не отпустил бы, если бы понял, что это не просто прихоть и нежелание садиться за учебу?
Но не поворачивать же теперь обратно?
Нет, конечно нет. А вот поговорить с наставником будет нужно, когда он вернется. Придется, конечно, сказать, что распоряжение он нарушил, но – как он там говорил? Мыслить категорией “это правильно”, а не “что мне за это будет”? Вот именно. Правильно будет признаться в этом нарушении, объяснить причину и сделать все, чтобы в следующий раз врать не пришлось.
До дома, где они собирались, остался один поворот, когда рот Джайлза накрыла ладонь, предотвращая попытку издать хоть звук. А в следующую секунду его уже втянули в узкий, от силы три фута, зазор между зданиями.
— Цыц! — знакомый голос моментально разогнал страх. — Ни звука.
Юноша готов был подчиниться — и, все же, рад был, что Крис не убрал руку сразу. Потому что, сделай он это, переулок огласился бы испуганным криком, когда по улице мимо них промаршировал вооруженный отряд.
— Что тут…
— Идем, живо, — стоило почти ровному, несмотря на сугробы, звуку шагов чуть удалиться, капитан больно впился Джайлзу в плечо и поволок обратно в сторону дома. — Тебе же было велено не выходить. Неужели так сложно раз в жизни побыть не совсем идиотом и послушаться?
Юноша молчал — не столько из нежелания злить и без того злющего Кристофера, сколько из-за роящихся в голове мыслей. Куда шли солдаты? Не к месту же сбора, правильно? А если туда — то откуда они знали?
Крис сбавил шаг лишь когда за спинами затворилась калитка, а хватку ослабил только войдя в дом.
— Иди к себе, — глаза его полыхали едва сдерживаемой злостью. — В комнату, и не выходи оттуда, иначе, Богом клянусь, ты пожалеешь.
— Да что…
— Тебе что было велено?! — неожиданно громко рявкнул светловолосый. — Я сейчас на волосок от того, чтобы доступно объяснить, что думаю о твоей тупости, и, поверь, если я это сделаю, доктор тебя уже не соберет.
Еле сдержав вертящуюся на языке едкую отповедь, юноша почти бегом направился к себе, гадая, насколько все паршиво.
Времени на раздумья выдалось несколько часов. А затем внизу раздались шаги и разговоры.
По-правде, первой мыслью было, что солдаты его нашли, но, прислушавшись, Джайлз узнал голос доктора. Это тоже напрягало. Вернуться мистер Дарнелл обещал к вечеру, а прошло — сколько? Полдня от силы.
Поразмыслить об этом ему не дали — широкими шагами влетев в комнату, Крис впился в и без того уже побаливающее плечо и молча повел в кабинет доктора.
— Ты мне руку оторвать сегодня решил? — сквозь зубы прошипел Джайлз.
— Если дядя прав, а он, полагаю, прав, я тебе сейчас не только руку оторву, — зловеще пообещал молодой человек, вталкивая добычу в кабинет Дарнелла.
Мужчина выглядел непривычно бледным и потерянным. Окинув ученика оценивающим взглядом, будто бы ища какие-то доказательства, он протянул ему смятый лист, испачканный парой капель крови.