Подобные мероприятия никогда не вызывали у меня интереса. Несуразно двигаться под ритмичные звуки, разве это весело? Может быть, кому-то, но только не мне!
Смеркалось. Солнце уже закатилось за горизонт, и я не спеша прогуливался, наслаждаясь прохладным ночным воздухом. Кузнечики играли свой нескончаемый, по-своему завораживающий концерт. Пару раз я пытался найти хоть одного из них, но хитрые создания при приближении всякий раз затихали. Казалось, мир исчез, и лишь музыка, доносящаяся с центральной площади, напоминала, что я не последний человек на земле.
До отбоя оставалось еще порядком двух часов, и все это время до самой последней минутки я намеревался потратить на безделье, наматывая круги вдоль клумб недалеко от общежития.
И все же Даша… Она никак не выходила у меня из головы. Всего за несколько дней эта миловидная девчонка смогла разрушить барьер и сдружиться со мной. Яркая, позитивная, местами даже простоватая, но при этом абсолютно недостижимая, она была чем-то вроде солнца. Но то, что я увидел сегодня, не давало мне покоя – Даша плакала. Хоть она и пыталась это скрыть, я отчетливо видел слезы, блеснувшие на ее глазах.
От медитации меня отвлек скрип дверных петель. Оглянувшись, к своему удивлению, я увидел на крыльце Дашу. Вместо привычной одежки на ней была желтая футболка с открытыми плечами и английской надписью на груди и джинсовая юбка. Не могу сказать, что ее одежка как-то выделялась, но выглядела она наряднее, чем обычно. Увидев меня, девушка приветливо улыбнулась и зашагала ко мне.
– Привет, Сема! Что ты тут делаешь?
– Да так, просто гуляю.
Я отвел взгляд. После всего случившегося в том сарайчике я чувствовал странную неловкость перед ней и отчасти даже вину. Но девушка, как обычно, сверкала ямочками, словно ничего такого не произошло.
– А ты куда собралась, на дискотеку?
– Ага!
Словно заметив мое внимание, Даша приподняла края юбки и кокетливо покрутилась из стороны в сторону, аки девочка на детском утреннике.
– Не хочешь пойти вместе со мной? – игриво наклонив голову, спросила она.
– Нет. Я, пожалуй, воздержусь.
Не то чтобы я был принципиально против, но сама мысль о дискотеке доставляла мне дискомфорт. В конце концов, я ведь одиночка.
– Почему!?
Лицо девушки смешно скривилось, она надула губки, парадируя обиженного ребенка. Это оказалось весьма эффективно.
– Ну, я танцевать даже не умею…
– И что? Я тоже не умею.
Я попытался отвертеться классическим оправданием, но Даша с легкостью парировала мой робкий аргумент. А затем, топя взглядом, продолжила давить:
– Никто не умеет танцевать. Это же не школа танцев, Сема, здесь нет судей или экзаменаторов. Все просто веселятся, как умеют, в этом нет ничего предосудительного.
Меня зажали в угол. Ни один из моих возможных аргументов не имел под собой серьезного основания. Казалось, тут можно только честно сказать о своем нежелании идти на дискотеку, но на такое нахальство я пойти не решался. А Даша тем временем все продолжала:
– Пойдем, хотя бы один раз попробовать надо!
Милая улыбка сошла с ее лица, оно приобрело серьезное выражение. Она словно насквозь меня видела. Я тяжело вздохнул.
– Ну ладно, хорошо.
С одной стороны, идти, конечно, не хотелось. Но, с другой стороны, было интересно, я еще ни разу не бывал на дискотеках. Впрочем, мне просто не хотелось обидеть Дашу.
– Но если мне не понравится, я сразу уйду, ясно?
– Хорошо-хорошо!
Даша лукаво улыбнулась, и я тут же пожалел о своем решении. Однако было уже поздно: девушка держала меня за руку, фактически волоча за собой. Только и оставалось, что следовать за ней, мысленно готовясь к худшему.
– О-о! Штирлиц! А я-то думал, мы тебя здесь вообще не увидим!
– Семка пришел! Наконец-то!
Сквозь мелодию какого-то недавнего хита с трудом можно было расслышать восхищенные возгласы Савикова и танцующей рядом Вики. С такой же радостью меня встретила и вожатая. Едва завидев мое лицо, девушка, продолжая двигаться в такт песне, направилась, чтобы поприветствовать своего нерадивого подопечного.
– Сема, надеюсь, ты танцевать сюда пришел?
– Вроде как… – Удивляясь собственным словам, я немного поежился.
Лицо вожатой тут же озарилось ослепительной улыбкой.
– Молодец, правильно поступил! А то как, все веселятся, а ты нет? Это безобразие, надо исправлять! Ясно?
Вместо ответа я лишь слегка кивнул и скорчил глупую улыбку. Это сработало, и, удовлетворенная моей реакцией, Татьяна Николаевна растворилась в толпе и в итоге присоединилась к пританцовывающему Михаилу Владимировичу.