– И что, она тебе ни капельки не нравится? – напирал отец.
– Ну, как человек она мне нравится, но не в любовном плане.
Хоть я и старался отвечать уверенно, на то, чтобы поднять глаза, не хватало никакой силы воли.
– А та девочка, с которой ты выступал? – спросила мама. – Которая играла черную курицу. Она вроде тоже симпатичная.
– Да все, хватит! – попытался отмахнуться я. – Сказал же, что мне никто не нравится!
– Да, отстаньте уже от ребенка! – вмешался вдруг Валера. – Видите, вы смущаете его!
Да! Отстаньте от ребенка! Вон у вас есть ребенок постарше, к нему и приставайте!
– А ты нам когда внуков подаришь? – словно услышав мои мысли, мама переключилась на Валеру. Тот выпучил глаза, безмолвно восклицая: «А меня-то за что!?».
– Мам, я ведь же говорил, что слишком занят, – ответил Валера.
– И когда ты освободишься? На пенсии? Лена, Ксюша, Наташа – вокруг тебя столько красивых молодых девиц, а ты все «занят»!
Повод для беспокойства у родителей действительно был. Валера – молодой, умный, трудолюбивый парень, привлекательный внешне, и руки у него из правильного места растут. Одним словом – мечта любой уважающей себя дамы. Да только с женщинами у него никогда не складывалось. Наверно, опасаясь, что их старший сын так на всю жизнь и останется холостяком, родители решили отыграться на мне. Тем более, что для Валеры создание семьи было далеко не первостепенной задачей.
Валера страдальчески закатил глаза.
– Да найду я кого-нибудь, мам, успокойся!
Пока мы вели этот горячечный спор, навстречу вышла Татьяна Николаевна.
– Привет, Сема! С родителями гуляешь?
Вожатая приветливо улыбнулась. В одной руке она держала ведро с инструментами, а другой обхватывала старую потрепанную коробку.
– Здравствуйте, Татьяна Николаевна, – поприветствовал ее я.
– Это твоя вожатая? – спросила мама.
– Да.
– Здравствуйте, надеюсь, наш Семка вам не много проблем доставил! – тут же повеселел папа.
– Нет, все хорошо. Поначалу он вел себя отстраненно, но потом очень хорошо влился в коллектив. Сема хороший, добрый парень, просто у него довольно сложный характер.
Вожатая посмотрела на меня, одарив странной снисходительной улыбкой. Мама тоже улыбнулась и зачем-то нежно поправила мне челку.
– Да, он у нас довольно своеобразный, – сказала она, играясь с моими волосами.
Несмотря на то, что это было довольно приятно, я отмахнулся от ее руки. Дома это можно делать, но точно не в лагере на глазах у всех.
– А вообще, как он у вас тут живет? – поинтересовался отец. – Были ли какие-то конфликты? Как он уживается с другими ребятами?
– Ой, все неплохо! – ответила Татьяна Николаевна. – Сема, можешь быстренько это отнести в сарай?
Вожатая передала мне ведро с инструментами и коробку.
– А куда мне это положить? – спросил я.
– Да положи просто, где есть место, и все.
Я поудобнее обхватил коробку, которая оказалась куда тяжелее, чем я ожидал, взял ведро и понес все это в сарай, оставив своих родителей беседовать с вожатой.
Тащить эти вещички было трудней, чем казалось на первый взгляд. И как Татьяне Николаевне это удавалось? Ведро с инструментами не было очень тяжелым, а вот коробка постоянно выскальзывала, да и рука быстро уставала ее держать. Приходилось делать частые перерывы, чтобы отдохнуть и поудобнее ухватиться. Однако, хоть и с трудом, но мне удалось донести все до сарая.
Я пошире открыл дверь, бросил ведро в угол и положил коробку на стол поверх каких-то ящиков. Дело сделано, можно возвращаться!
На телефоне время близилось к четырем часам, ужин был не за горами. В это время в лагере кипела жизнь, но в данный момент я был в стороне от основного течения. Я специально выбрал путь, огибающий основные скопления людей: это был один из тех нередких моментов, когда мне просто хотелось побыть наедине с собой. Меня никогда не интересовал окружающий мир, ведь, как уже говорилось, я жил миром воображаемым. Видеоигры, аниме, фильмы и книги – вот чем я жил. А сейчас даже асфальтированная дорожка чудилась мне чем-то особенным, трещины на ней казались не отпечатком времени или случайным повреждением, а диковинным узором, задуманным художником. Редкие лавочки, что ютились в тени деревьев, пики высоких сосен и какой-то особенный запах, запах природной свежести: все это можно было увидеть, а главное – прочувствовать только здесь и нигде больше. Удивительно, но мне не хотелось куда-то спешить. Обычно каждое дело сопровождается какой-то суетой, в итоге все идет кувырком, получается некрасиво, неаккуратно. А сейчас мне хотелось медленно прогуливаться и наслаждаться окружающим миром, продлевая этот момент, который больше никогда не повторится.