– Извини, просто это как-то странно, – усмехнулся я. – Ты никогда не проявляла ко мне особого интереса. Если честно, после нашей первой встречи я думал, ты меня вовсе ненавидишь.
– Знаю, прости, – удрученно ответила девочка. – На самом деле я была очень рада, когда увидела тебя в этом лагере. Но когда мы впервые встретились, я испугалась, что ты тоже будешь презирать меня, как все, и потому повела себя так гадко.
– Ты поэтому тогда расплакалась?
Девочка еле заметно кивнула:
– Мне было ужасно стыдно и обидно за саму себя. Я была уверена, что ты теперь ненавидишь меня, и продолжала вести себя как злобная ведьма. Но ты все равно помогал мне. Почему?
Даже в темноте я чувствовал, с каким томящим любопытством она на меня смотрит.
– Если честно, сам не знаю. Наверно, ты так сильно напоминала меня самого в твои годы, что я просто не смог пройти мимо. Помогал так, как хотел бы, чтобы помогли мне.
По каким-то причинам я просто не мог противиться ей.
– Вот как…
Вдруг Стеша придвинулась ближе, прижавшись ко мне практически всем телом:
– Значит, я тебе нравлюсь хотя бы немного?
Ее дыхание щекотало мне шею, а тихий, нежный голос ускорял сердечный ритм. Я невольно отвернулся.
– Прости, можем ли мы это пока отложить?.. Просто для меня это сложно, нужно время, чтобы все переварить.
Стеша тихо хихикнула.
– Хорошо, я подожду…
Звезды ярко сияли в ночном небе. Казалось, они весело подмигивали мне, словно с чем-то поздравляя. Я лежал как труп, боясь пошевелиться. Даже дышать старался через раз. А все из-за девочки, которая тихо посапывала у меня на плече.
Я уже думал попробовать растормошить ее, но Стеша вдруг сама зашевелилась, начав подниматься.
– Ладно, – сказала она. – Уже холодно как-то, да и в сон клонит, пора бы возвращаться.
– Ага.
Мы встали, собрали покрывало и направились в сторону жилых корпусов.
Возможно, за то время, пока мы праздно лежали на полянке, любуясь звездами, стало еще темнее. Так или иначе, чернота стояла такая, что хоть глаз выколи. Но Стешу это будто ни чуточки не беспокоило. Она уверенно шла, словно сама ночь указывала ей путь.
Сложно отрицать, что наш разговор оставил после себя некую напряженность. Я страшился даже краем глаза посмотреть на свою подругу, не то что заговорить с ней. Молчание становилось все тягостнее, хотя Стеша казалась невозмутимой. Возможно ли, что ей так же неловко, просто она этого не показывает? Может, она лишь внешне спокойна, а внутри ее, как и меня, разрывают эмоции?
В конце концов тишина стала просто невыносимой, и я решил попробовать завязать разговор на первую пришедшую на ум тему:
– Слушай, а как у тебя с мамой все прошло?
Стеша пожала плечами:
– Наверно, неплохо. Не могу сказать, что простила ее, но кажется, теперь мы лучше понимаем друг друга.
– Ну вот и хорошо, – не смог сдержать улыбки я. – Если что, ты помнишь о моем обещании.
– Учти, я еще и кусаться буду!
– Можешь меня хоть целиком проглотить, если тебе от этого легче станет!
Вскоре мы вышли на улочку, где располагались общежития. Как полагается джентльмену, я проводил Стешу до ее корпуса.
– Ну ладно, спокойной ночи…
Я смотрел на девочку, не зная, как себя вести. Та тоже тупила глазки, заламывала руки, по-видимому, не зная, куда их деть.
– Угу…
Мы стояли друг напротив друга как две статуи, глядя в асфальт. Наконец Стеша все же осмелилась поднять на меня свой взгляд.
– Слушай, постарайся не думать слишком долго, – неуверенно сказала она и с наигранной строгостью добавила: – У тебя времени до конца смены!
Да. До конца смены осталось не так много времени. Через четыре дня мы вернемся домой к нашей обычной жизни. Даже жалко как-то.
– Хорошо, – улыбнулся я.
– И еще кое-что…
Внезапно Стеша сделала шаг навстречу, встала на цыпочки, и я поучаствовал, как ее губы легонько коснулись моей щеки.
– Спасибо еще раз… За все.
Сделав свое коварное дело, девочка открыла окно, перелезла через подоконник и, в последний раз пожелав доброй ночи, наглухо закрыла створку. Я в оцепенении наблюдал, как ее фигура скрылась в глубинах здания. В чувство меня привел порыв холодного ветра, пробравший до нутра. Только сейчас я понял, что стою один посреди ночи со свернутым покрывалом в руках.
Черт! Совсем забыл! И куда его теперь девать?
Когда я наконец добрался до своей комнаты, то почувствовал невероятное изнеможение, навалившееся на меня свинцовым одеялом. Я буквально упал в свою кровать. Скомканное покрывало я спрятал, отложив эту проблему на завтра.
Несмотря на ужасную усталость, сон ни в какую не шел. Меня буквально разрывало от противоречивых чувств. Впервые мне призналась девушка – в это было сложно поверить. Но, с другой стороны, возникал вопрос: «А что дальше?». До приезда в этот лагерь я был абсолютно уверен, что проживу всю жизнь один. Это была моя личная догма! А теперь, если она не рухнула, то дала ощутимую трещину. Но отношения – это не хобби и не игрушка! Нельзя просто начать, а потом, если не понравилось, бросить. Мы в ответе за тех, кого приручили – это не просто слова! Теперь, куда бы я не сделал шаг, он будет иметь последствия. А ведь еще не решен вопрос касательно Даши.