Увидев умиротворенное лицо собеседника, Антон напрягся. Тотчас в памяти возникла сцена из туннеля к убежищу. Нервную систему подхлестнул такой разряд лютой ненависти, что ученый едва сдержался, чтобы не вцепиться полковнику в горло. Он выдохнул воздух сквозь твердо сжатые зубы, поежился.
Пришло понимание, и Антон далеко не радовался ему.
Он ненавидел Павла Геннадиевича, брутального собачьего сына, каждым своим атомом. Малейшие клеточки, электрические импульсы и химические процессы, происходящие в теле Антона, громко вопили: «Разорви его! Убей! Убей! За тысячи погибших! Убей за нас!»
«Так вот почему отступило сумасшествие, – думал ученый, неотрывно смотря на собеседника и стараясь не моргать, чтобы тот не заподозрил неладное. – Моя психика измучилась винить меня и переключилась на более удобную цель. Наверняка так даже лучше…»
Пришлось спрятать руки в карманы, пальцы вцепились в подкладку штанов.
– Ну сколько тебе повторять? – продолжал говорить полковник, рассеянно стряхивая обугленный вершок сигареты на палубу. – Я сам не понимаю принципа работы их Системы.
– Вы не очень-то популярны на вечеринках Отцов, – попытался пошутить Антон; ему хотелось ударить силовика: если не кулаком, то хоть колючим выпадом. – Вас отправили на поиски Звеньев, даже не объяснив, что это такое и как они взаимодействуют с человечеством?
– Я оперативник, а не ботан с логарифмической линейкой! – бросил полковник зло. – Мне хватает знать, что их Система влияет на некоторые сигналы нашего мозга и тем самым глушит т-энергию и многие способности, которые обычный человек назвал бы экстрасенсорными. Главное, что тактический ядерный удар уберет это дерьмо, и блокираторы исчезнут.
Антон понемногу справился с собой:
– Я думал, что после знакомства с историей аннунаков и нифелимов больше никогда не удивлюсь. Сейчас вы говорили про телепатию, телекинез и прочие телештучки?
Павел Геннадиевич закашлялся, хрипя мокротой, и швырнул недокуренную сигарету в море.
– Надо бросать, – сказал он через некоторое время, почти обвиснув на поручнях. – Здоровья как у хилой шалавы…
– Замечательный эпитет, – заметил Антон, не улыбаясь. – Недавно кто-то хвастался, что ген-измененный индивид любому человеку фору даст на сто очков. Переоцениваем собственные возможности?
– Развелось вас, умных, – тяжело дыша, ответил полковник. – Я даже специальную химию Отцов принимал, чтобы избавиться от никотина, да ни хрена не помогло. Легкие у меня здоровые, как у младенца, но пятен нахватал – мама не горюй. Вроде и слабый наркотик, самый легкий из всех, что работают для уничтожения человека…
Он не договорил – согнулся в новом порыве кашля. Выдохнул:
– Морской воздух, падла…
– Может, еще чего-нибудь расскажете? – спросил Антон, когда полковник наконец отдышался и со стоном осел на палубу, прижавшись затылком к борту. На какой-то миг в душе ученого шевельнулось что-то вроде сострадания, но тут он вспомнил о взятой в заложники дочери и перестал думать о силовике как о больном человеке.
– Наверное, ты думаешь, что без Системы Правителей люди смогут силой мысли ворочать горы, жить вечно и читать мысли?
Аркудов вопросительно приподнял брови.
– Хрен его знает, – пожал плечами силовик. Он, морщась, массировал себе грудь кулаком. – Может, и смогут. У ген-измененных, например, есть возможность телепатического общения.
Антон присвистнул.
– Правда, – продолжил силовик, – мысли передаются только на небольшие расстояния, радиусом километр или меньше, причем исключительно с помощью артефактов. Если где-нибудь вблизи не будет камушка, то хрен ты побазаришь со своими.
– Наверняка, что такое артефакты, вы тоже не знаете, – утвердительным тоном заметил Аркудов.
– Это те же Звенья, но только поменьше. Кстати, принадлежат они только Отцам – Правители до такого не додумались. Или… – Полковник сделал паузу, чтобы прочистить горло, – мы заблуждаемся, и у них имеются технологии мощнее наших.
– Проблема? – поинтересовался Антон.
– Вряд ли, – признался полковник. Он с трудом попытался встать, но обмяк и вновь прижался к перилам. – Все равно ничего не изменится. Если мы взорвем Звенья Правителей и убьем их самих, то есть вероятность, что Нибиру к Земле не прилетит.
– Было бы неплохо.
– Утверждать не могу, – вздохнул Павел Геннадиевич, и у него в груди отчетливо заклокотало.
– Так что же такое ген-изменение? – напомнил Антон о самом главном вопросе.
– С помощью Звеньев и артефактов производится воздействие на генетическую структуру человека, – ответил полковник. Рыкнул: – И не спрашивай меня, как это происходит! Я тебе не…