-Да, - он улыбнулся.
Аннета нежно взяла его ладонь в свои руки, наклонилась к сыну чуть ближе и запела тихим красивым голосом:
Ты лети на ясный восход
Через месяц лети, через год
Мы увидим опять тебя
Все Счастливые наши друзья
Глаза принца почти закрылись, но она видела, что он все еще слушает:
Мы встретим тебя таким
Не заметим, что ты был другим
Поцелуем тебя мы в уста
Видим мы, что ты есть, красота!
Альдегадо уснул и Аннета допела колыбельную почти шепотом:
Сонмы Счастливых пред нами стоят
Нашей песне в душе они вторят
На их лицах вселенская любовь
Мы поем эту песню им вновь и вновь
-Спи, моя радость счастливая. - королева в третий раз поцеловала принца в лоб, и, затушив светильник, вышла из его покоев.
***
Ксан очищал инструменты от крови. Девочка, ожидаемо, умерла. Обе ее ноги были теперь одинаковой длины. Альфи неплохо набил руку - на первый взгляд можно было даже не заметить, что с ногой девочки что-то не так.
-Серп не трогай. - Альфи сказал это, не глядя на слугу.
-Да, господин, я помню.
Еще бы он не помнил. Когда, после одного из Актов Творения, он очистил ржавый серп от крови, Альфи так взбесился, что чуть не зарезал Ксана этим самым серпом.
«Вся суть в том, чтобы напоить его кровью, Ксан», - сказал тогда Альфи, - «На меня возложена эта святая обязанность, и если ты еще хоть раз мне помешаешь, я тебя убью».
Ксан считал, что после такого, очень сложно забыть, что серп чистить от крови нельзя. Он еще раз взглянул на ногу девочки. Альфи почти идеально подогнал свиную кость и кожу. Если бы это можно было делать с людьми, после чего они оставались бы живыми, об Альфи уже шла бы молва, как о великом лекаре. Но пока, никто, после его Актов Творения не остался в живых.
-Ты знаешь, что нужно делать с телом. - Альфи направился к выходу, на тело, лежащее на столе он не смотрел. - Завтра жду тебя у себя.
-Да, господин. - Ксан поклонился и Альфи по лестнице выбрался наружу.
Ксан остался один на один с телом девочки. Он горестно вздохнул:
-Ох, святой Пелеон! - ему предстояло много работы.
Глава 4 "Зимой"
1
-Ешь.
Грубая мужская рука протягивала ему кусок вяленого мяса. Берни с отсутствующим выражением лица взял еду и принялся жевать глядя в одну точку. Вкуса он почти не чувствовал. Когда мальчик доел, мужчина протянул ему бурдюк с водой. Он отпил пару глотков, протер рот тыльной стороной ладони и вернул бурдюк мужчине, тот убрал его за пояс. На улице стоял мороз, но, как ни странно, в землянке, куда они с Эйнаром пришли, Берни быстро согрелся. Пол и стены были выстланы тонкими бревнышками. На полу, поверх бревен, лежали старые шкуры. Места в землянке еле-еле хватило бы двоим взрослым мужчинам, поэтому Берни и Эйнар сидели довольно свободно, на сколько, это было возможно в замкнутом пространстве землянки.
-Спим четыре часа, выходим за два часа до рассвета. – Эйнар чуть помолчал. – Завтра идем целый день, будь готов.
Берни ничего не ответил. У него с Эйнаром это было в порядке вещей. Мужчина говорит, Берни молча делает. Разговоры между ними случались редко, и хоть Берни этого не замечал, это расстраивало мужчину.
Мальчик быстро разложил меховой спальник и залез внутрь, свернувшись калачиком. Для Берни наступало время еженощного испытания. Он глубоко вдохнул и выдохнул, успокаивая сознание. К постоянным кошмарам он уже привык, начал воспринимать это как обыденность, но все же перед сном ему приходилось собирать все свое мужество в кулак. Берни боялся. Засыпая, он чуть не дрожал от страха. Случайный человек, встречаясь с его, не по годам суровым взглядом из-под сведенных бровей, не мог бы подумать, что каждую ночь у этого ребенка от страха зуб на зуб не попадает. Никто, кроме Эйнара.
Мужчина тоже разложил свой спальник и влез в него. Он прислушался к дыханию Берни, мальчик старался дышать так, как он его учил. Хорошо. Значит, возможно, в этот раз ночь пройдет спокойно. Он еще немного последил за дыханием Берни и, поняв, что мальчик, на этот раз, справляется сам, разрешил себе уснуть.
Через четыре часа Эйнар открыл глаза и сразу положил руку туда, где спал Берни. Мальчик был на месте. Почувствовав прикосновение, ребенок сразу же проснулся и сел. Было темно, и Эйнар не мог разглядеть его лица, чтобы понять, действительно ли Берни проснулся или он все еще движем сном.
-Ты здесь? – шепотом спросил Эйнар, готовый в любой момент действовать.
Берни, не отвечая, похлопал его по руке. Это означало: «Да, я в порядке. Лучше не бывает. Все хорошо, Эйнар, не волнуйся за меня. Все просто отлично!» - по крайней мере, Эйнару хотелось бы, чтобы Берни так когда-нибудь ему ответил. Но мальчик молчал.