— Вот и замечательно. Присаживайся, давай. А ты, Кречет, свободен пока. — Махнул он ему рукой. Впрочем, Кречет не обиделся. Ему была поставлена задача, доставить меня от аэропорта в целости и сохранности, прямо до кабинета командира, что он и сделал. А знать всё абсолютно — не нужно ему этого. От этих знаний может здоровье испортиться, спать, тогда, плохо станешь. А вы что подумали? — А пионерию мы восстановим, — продолжил он, — ну, или что-то вроде этого. Хорошая была организация. Нужная. И патриотизм поднимала в нужную сторону. Дома всё нормально? Никто, не достаёт больше?
— Так это ты постарался, командир? — Удивился я. Я то, думал, что уже сдали меня, в смысле мою семью, Главе. Оттого и перестали нас терроризировать. С одной стороны это хорошо, а с другой я, таким образом, подставляюсь серьёзно.
— Ну а кто ж ещё-то? После того, как я вас навестил, я наладил присмотр за твоей семьёй, и когда мне доложили, что некоторые городские чины пытаются вас шантажировать, дабы добиться откровенности о молодости, была проведена операция нашими парнями. Не очень смертельная, но очень внушающая. Да с предупреждением и карточкой. Вот после этого от вас и отстали. А ты что подумал?
— Да, приблизительно это и подумал, — не говорить же ему о моих подозрениях, обидится ещё, — только не думал, что ты сам этим займёшься.
— Кхм, — прочистил он горло, видимо его что-то задело, но махнув рукой, он продолжил, — ты хоть знаешь, что ты теперь орденоносец? Хотя, откуда ты можешь знать? — Он вытащил две коробочки. Он открыл одну из коробочек и протянул её ко мне. В ней лежала звезда «Героя России». — От лица Главы Российского Государства, поздравляю тебя со звездой «Героя России»! — И передал мне, вместе с документами на неё. — Это тебе за действия в тылу противника, за очень своевременные и грамотные действия. Извести под корень разведки передовых стран — это много стоит. Кроме того, тебе выделена государственная премия, в размере десяти тысяч рублей. И это уже новыми. — И он передал мне сберкнижку.
Я прикинул, что можно купить на эти деньги сейчас, после деноминации. А много чего можно. Можно и квартиру купить вместе с машиной, но накой мне они? Квартиру при необходимости и так получить можно. Машина пока тоже не нужна. А, нехай будут, не помешают.
— А это, «За заслуги перед отечеством», четвёртой степени. Это тебе за то, что ты устроил здесь. Ну, ты понял.
— Служу России! — Встав в стойку смирно, я на полном серьёзе принял эти награды. — Хм, вот уж не думал, что нас теперь награждать будут. Но, приятно, не спорю. Носить-то их можно?
— Нужно, капитан, нужно. Но, — поднял он указательный палец, — не в рабочее время. Ладно, лирику после. Через час подходи сюда, решать будем один очень важный вопрос. Будут присутствовать Грек с Филином кроме тебя, ну и я естественно. Свободен. Да, обмывать-то будем?
— А то, — ухмыльнулся я, — не каждый день награждают.
— Ну, тогда завтра с этим, сегодня уже поздно, да и вопросы порешать надо.
За час я успел принять душ и привести в порядок свою форму. Спецовку рабочую. Я хоть её и не ношу постоянно, но в последний раз оставил её не совсем аккуратно, вот она и успела помяться. А вообще — напрягает это как-то. Боевое подразделение и в какой-то рабочей спецовке. Но, надо поддерживать свою маскировку. Не важно, что большинство населения поддерживает нас, среди них достаточно одного, что бы вся маскировка полетела к чертям и о нас станет известно тем, кому это совсем не положено. Один раз нас уже вычислили, в итоге — разрушенная база. Только счастливая случайность не уничтожила всю группу.
Через час я пошёл к командиру. Даже к братишке не зашёл. Некогда было. Едва успел. Ничего, потом обязательно зайду к нему.
Когда я зашёл в кабинет к Георгичу — все уже были на месте. Ждали только меня.
— Ну, вот и наш герой явился. — Пробурчал командир. — Заставляешь себя ждать, Хват, это нехорошо. — Отчитал меня Георгич.
— Командир, у меня в запасе ещё минута. — Попытался оправдаться я, показывая пальцем на часы.
— Ладно, — махнул он рукой, — пунктуалист ты наш, проходи, давай. Раз все в сборе, приступим.
Я присел на свободное кресло, Грек сидел на диване, а Филин на ещё одном свободном кресле. Командир сидел за своим столом, и своё уютное креслице покидать не собирался. Видимо плюшек не будет сегодня с чаем. Вопрос очень серьёзный, только сели мы как-то очень свободно, не за столом.
— В связи с последними событиями, начало которых было положено полгода назад, у нас возникли большие трудности в большой политике. Я имею в виду у России, а стало быть, у нас. Участились провокации на границах. Войска НАТО стали очень часто нарушать границы России. Помнится, накануне войны, Великой Отечественной, гитлеровцы тоже довольно часто нарушали границы Советского Союза, осуществляя разведку приграничной территории и глубже. Сейчас повторяется аналогичная ситуация. Наши лётчики пока только вытесняют самолёты разведчики за территорию границы, но это всё временные меры. Уже применялось оружие в качестве предупреждения, после чего разведчики нехотя удалялись на свою территорию. Но сам факт того, что они так нагло начали действовать — заставляет задуматься. Я уже не говорю о морских границах. Они усиленно демонстрируют своё пренебрежение к России. Такими темпами, недалёк тот миг, когда будет применено оружие на уничтожение, а это фактически развязывание войны. Не мне вам говорить, чем всё это чревато. Конечно, у нас есть система «Периметр», но это только акт возмездия. Странам агрессорам не поздоровится, но и нам будет не легче. На данный момент, у них столько оружия массового поражения, что нам хватит и десятой части. У нас, к сожалению, после договора по разоружению, стратегических ракет осталось очень мало. Но даже этого количества хватит, что бы гарантировано уничтожить противника. Что же касается системы ПРО, то если бы не наши наработки, которые стали доступны после взлома серверов ЦРУ, то мы могли бы отбиться только от половины того количества, что на нас обрушилось бы в первой волне. Последние разработки наших программистов, привели эту ситуацию в состояние не просто паритета, а нивелировали эту угрозу до нуля. Но это относится только к тактическим ракетам, размещённых вокруг наших границ на базах НАТО. Тебе же Хват, предлагается осуществить работу со стратегическими ракетами. Вот, ознакомься с документацией. — Протянул он мне папку, обычную папочку, без всяких надписей на ней, кроме одной, стандартной, «Дело?…».
Я взял эту папку, открыл её и стал изучать содержимое. Пока я просматривал содержимое, в комнате стояла тишина. Никто не произносил ни слова. Командир задумчиво потирал правый висок, будто его мучила головная боль, но лицо ничего не выражало. Только глубокая задумчивость. Филин с Греком тоже о чём-то размышляли, уставившись в одну точку. Их можно понять. Такая информация кого угодно заставит задуматься. Всё сказанное сейчас, означало только одно — война будет. Не сейчас конкретно, но время до её начала отсчитывает уже последние дни, может месяцы. На годы, тут уже даже самый оптимистично настроенный либерал, не рассчитывал. Все замерли в ожидании. Больше всего беспокоилась Европа. Ведь она ближе всех находилась к России. И кому, как не ей знать, что такое русская освободительная война. Не единожды им приходилось принимать решение к капитуляции на своей территории. А теперь, когда вводить войска на территорию страны, развязавшую войну, не обязательно, порой хватит и пары тройки тактических ядерных ракет, что бы уничтожить всё понятие о государственности, это тихое ожидание их сводило с ума. Америка-то далеко, и неизвестно ещё, сможет ли Россия отомстить основному врагу, но вот Европе точно достанется. И нет бы, послать подальше таких благодетелей, так нет же, они ещё больше вооружаются, и готовятся встретить северного варвара с оружием в руках. Не знаю, чем они руководствуются, но явно не здравым смыслом. Создаётся такое впечатление, что уничтожить Россию — это такая идея фикс у наших западных соседей. Отомстить за все унижения, что Россия успела нанести им за всю свою историю. Ну что ж, каждый сам выбирает свою судьбу.
— М-да. — Произнёс я, после того, как ознакомился с содержимым папки. На это дело мне понадобилось минут пять. И всё это время в комнате висела тишина. — А вообще, это работает? Ну, то, что придумали наши программисты?