— В том и дело. Магия по части другого Духа, — попыталась приободрить своего наставника. — Расскажешь, как обстоят дела во дворце? Как Гевор?
Мой Хранитель помрачнел еще больше и отвел взгляд.
— Прости, Рия. Я пытался до него достучаться, но после твоего исчезновения он от всех закрылся, готовит наступление.
— Неужели Хут ему ничего не рассказал?
— Лишь то, в чем был уверен, но картина сложилась еще хуже.
***
Гевор
Они улизнули за минуту до моего прихода. Их успели предупредить, и заговорщики скрылись в портале до того, как был отдан приказ уничтожить. Всех, кроме Илана.
Я понимал, что смерть брата Рия никогда не простит, но я должен понять, кого она выберет. Меня или же безумца-брата. Как же было больно слышать, что принцесса готова поступиться гордостью, лелеемой свободой и дать клятву. Да что угодно, лишь бы спасти Илана.
Сестра пыталась убедить, что стоит поговорить с Ферией, что она выберет меня, потому что любит. Но все оказалось гораздо хуже.
Я вернулся во дворец, надеясь ее успокоить и извиниться за проверку в спальне, но там поджидал сюрприз.
У меня ушел час и прорва сил, чтобы вытащить Хута с края беспамятства. Атака Сумрачного едва не стоила ему жизни. Я не требовал немедленного доклада, но они сам сообщил, что Рия сбежала вместе с повелителем Сумрака.
Тотчас в голове замелькали сцены, что терзали мерзкими сомнениями, развеявшимися теперь. Та ночь, когда я едва не убил Бексолта. Рия появилась так вовремя, а потом нашла единственный способ отвлечь. Отвлечь и заставить забыться, пока пленники совершали побег. Отличный маневр, не поспоришь.
И ее попытки на меня влиять, отказ присягнуть. Клятва бы не позволила ей присоединиться к другим наследникам бывшего мира.
— Гер, ты домысливаешь то, чего боишься, — возмущалась Мэй. — Ты ведь знаешь Рию, у вас связь.
— В том и дело. Рия прекрасно обучена, ей ничто не стоило сыграть эти чувства, а я им поверил.
— Ты и впрямь глупец, но потому, что веришь страхам. Ты так долго был один, что совершенно не умеешь доверять и ждешь удара, но наносишь его сейчас именно ты. Своими подозрениями и бездействием.
Я не хотел думать, какая доля правды в словах сестры. Единственное, чего я желал сейчас — добраться до наследников и покончить с ними, но я не должен оставить им и шанса улизнуть.
О судьбе же Ферии, когда она попадет ко мне, я знал лишь одно — магией или нет, но я подчиню ее себе и…
***
Долго побыть со мной Хранитель не мог. Его присутствие сейчас требовалось во многих местах. Как только он ушел, я перешла ко второй части плана. Попыталась призвать Гевора, но меня ждало разочарование.
Его нить я нашла легко и быстро, но та никак не давалась в руки, а если и успевала ее ухватить, она не отправляла зов, словно становилась мертвой.
Если я захочу скрыться, меня ты не отыщешь.
Неужели он закрылся? Если это так, значит, он уверен, что я примкнула к заговорщикам. Я сама дала для подозрений десятки поводов. Но Гер хотел верить мне, в последнюю нашу встречу с братом даже не выяснял, о чем мы говорили.
И все же моя реакция, когда я узнала об опасности брату, сказала о многом, но еще больше он мог додумать. Как же я жалела, что не принесла клятву, не избавила нас от глупых сомнений. Сейчас я бы просто не могла участвовать в безумных планах Бексолта.
Проведя ночь в безуспешный попытках дозваться Гевора, встала я разбитой и уставшей. Ребята спали, но будить их не стала. Сомневаюсь, что у них последние дни выдались беззаботными.
Тенью выскользнула в коридор, спускаясь на первый этаж. Дом, где мы разместились, довольно скромный по меркам императорских семей, но все же простора хватало. Пока шла, не встретила никого, что напрягало.
— Сбегаешь? — я остановилась у входной двери, думая, проверить ли двор, когда на лестнице появилась Телла.
— Ты знаешь, что я не могу, — ответила ей, все же отворачиваясь от двери.
— Напомнить будет не лишним. Вдруг до тебя долго доходит.
— Вижу, с маской милой девушки ты уже попрощалась. Устала от лицемерия?
— Лицемерна у нас только ты. Как быстро ты забыла Эссура, стоило меткам исчезнуть? Все, что тебе было нужно — военная помощь, и никакой любви. А ведь так старалась убедить всех, что желаешь блага Северу…
— Я действительно этого хотела. А тот, кого ты считаешь прекрасным принцем, оказался подлецом и продажным трусом. Впрочем, торговаться людьми и тебе не чуждо.
— Я всегда получаю, что хочу, — Телла смотрела с торжеством и надменностью, но и то, и другое быстро слетело, когда с улицы вошли южанин и Эссур.