— Как же не понять? — кореллианец нервно хохотнул. — Разве я могу допустить, чтобы один из лидеров Альянса умер во время моей вахты? Да ни за что!
— Э-э…коммандер Тано? — включился комлинк джедайки и над ним выросло миниатюрное голографическое изображение одного из операторов командного центра Звёздного Разрушителя. — Мы принимаем входящий сигнал, адресованный лично вам. Канал закрытый, но шифрование имперское. Соединить вас?
— Да. — Асока сразу поняла, кто пытался выйти с ней на связь, и внутренне напряглась.
— Слушаюсь. — Изображение оператора сменилось на изображение человека в чёрном бронекостюме. Тогрута судорожно сглотнула.
— Ну, здравствуй, падаван Асока Тано, — произнёс Вейдер. — Вот мы и снова встретились, пусть и дистанционно.
— Вейдер! — прошептала джедайка.
— Да уже нет, пожалуй. Благодаря твоему другу я снова начал возвращаться к сущности Энакина. — Вейдер помолчал. — Я не знаю, как он это сделал, но он заставил меня вспомнить всё, что произошло после твоего ухода из Ордена. И знаешь что, Шпилька? — он назвал Асоку тем прозвищем, что когда-то сам придумал для неё из-за бойкого и независимого характера девушки. — Неверов пробудил во мне желание отомстить.
— Кому?
— Кому? А ты знаешь одного мерзавца по имени Кос Палпатин? Именно из-за него всё и случилось. Именно из-за его козней я потерял Падме. Именно из-за этого ублюдка я стал вот этим, — Вейдер рукой обвёл себя. — Я знаю, что случилось на Корусанте. Это я отдал приказ сбить «Мегеру» Ксизора. Сейчас по моему приказу турболазеры «Мстителя» наведены на замок фоллинца и его орбитальную крепость. Негодяй получил по заслугам, а теперь пришла пора уничтожить его криминальную империю. Вас никто не заподозрит — Император знает о моих старых счётах с фоллинцем. Но вам нужно торопиться — я чувствую, что Неверову нужна срочная медицинская помощь. Его смерть в мои планы не входит — ведь он обещал вернуть мне моё прежнее тело. Я не прощаюсь, Асока.
Изображение Вейдера зарябило и пропало. Тогрута взглянула на Кеноби.
— Если мы выиграем…когда мы выиграем эту войну, — поправил себя Оби Ван, — я нисколько не удивлюсь, если на Корусанте будет построен какой-либо монумент в честь Неверова. И он это по праву заслужил.
— Заслужил. — Джедайка вдруг разрыдалась. — Оби Ван — я не переживу, если он…если с ним…я не могу без него жить!
— Ну-ну, спокойно, Асока! — Кеноби отечески обнял девушку и почувствовал, как у него на глазах появились слёзы. — Он выкарабкается, он сильный. Да и тебя он ни за что не оставит одну. Так что успокойся…
— Не могу я успокоиться! — Асока вконец расклеилась. — Зачем, зачем ему нужно было геройствовать?! Почему он не мог просто запрыгнуть в челнок?!
— Он не мог по-иному поступить. Макс принадлежит к тому типу людей, которые, не задумываясь, пожертвуют собой…Асока, да что же ты?! Успокойся!
— Не могу…я… — джедайку буквально душили рыдания. — Он…я даже не подозревала…что так можно…полюбить…Оби Ван — я клянусь, что…если его не станет…я пойду за ним!
— Бог мой! — Кеноби совсем растерялся. — Что же это такое?! Хейс!
— Генерал? — кореллианец тотчас оказался рядом с ними.
— Успокоительное ей! Немедленно! Пусть придёт в себя!
Хейс что-то нажал на небольшом сенсорном пульте, что был закреплён на его левом запястье, и в коридор выплыл медицинский дроид на репульсорной тяге. Приблизившись к Асоке, он сноровисто сделал ей инъекцию успокоительного.
— Что это вы меня какой-то дрянью пичкаете?! — возмутилась тогрута, вытирая слёзы и постепенно успокаиваясь. — Лучше за Максом приглядывайте!
— Полковник Неверов полностью под присмотром наших лучших медиков и дроидов, — заверил джедайку Хейс. — Мы все сделаем всё от нас зависящее, чтобы сохранить ему жизнь.
— Ладно, Оби Ван — я уже успокоилась. — Асока вытерла лицо и села на диванчик, расположенный прямо напротив входа в медотсек. — Но я отсюда никуда не уйду, пока не прилетим на Шили. Понятно?
Тогрута с вызовом взглянула на Кеноби и Хейса. Корабельный медик лишь развёл руками и поспешил обратно в лазарет.
— Хорошо, — кивнул Кеноби. — Будем двигаться так быстро, как это только возможно.
Асока кивнула и съёжилась на диванчике. Джедай сокрушённо покачал головой и направился к турболифту. Однако перед тем, как вызвать кабину, он связался по комлинку с Рексом и попросил того выделить для присмотра за Асокой двоих коммандос.
Едва лишь повстанческий Звёздный Разрушитель вышел из гиперпространства в системе Шили, как в его сторону тут же устремился вооружённый корвет кореллианского производства модели CR-90. Ещё находясь в гиперпространстве, капитан «Свободы» связался с властями Шили и обрисовал ситуацию. Официально родная планета тогрут не входила в Повстанческий Альянс и являлась нейтральной планетой, однако местное правительство втайне симпатизировало повстанцам, а уж после того, как тогруты узнали о том, что в высшее руководство Альянса входят две представительницы их народа, их сотрудничество с Альянсом стало ещё более тесным.
Корвет совершил посадку на причальной палубе крейсера, и сразу же по опущенному трапу быстро спустились четверо мужчин-тогрут в белой медицинской форме. Их встретили Рекс и Найрин Тачи и после короткого разговора все они проследовали к турболифтам.
Неверов по-прежнему находился в полном сознании, однако его состояние резко ухудшилось. Несмотря на все предпринимаемые командой Хейса меры, так и не удалось полностью остановить внутреннее кровотечение, хотя они смогли его серьёзно замедлить. Хаббардианца переместили на репульсорные носилки, рядом с которыми встала Асока. За прошедшие часы тогрута сильно осунулась и только серо-голубые глаза выделялись на бледном лице. Она не сводила с Макса взора, немного оживляясь, когда глаза хаббардианца встречались с её глазами, но в целом, была подавлена и понура. За ней неотступно следовали две тени в чёрной фототропной броне — приставленные по просьбе Кеноби солдаты-охранники.
Носилки разместили в специальных силовых держателях и корвет покинул борт Звёздного Разрушителя, взяв курс на Шили. Асока устроилась рядом в амортизационном кресле, в соседнем кресле разместилась Найрин. Андарийка печально взглянула на джедайку.
— Мастер Тано — он обязательно поправится, — сказала Тачи. — Ради вас он это обязательно сделает.
— Найрин — у нас всё меньше времени остаётся. Хейс сказал, что по всем канонам он уже должен…должен…
На глаза Асоки навернулись слёзы и тогрута закусила губу, чтобы не разреветься.
— Асока… — раздался слабый голос хаббардианца. — Я всё…вижу…Не смей раскисать…принцесса…
Острый приступ кашля скрутил «безпола», на губах его выступила кровавая пена. Тут же один из дежуривших у носилок тогрутских медиков промокнул его губы мягкой влажной губкой, смоченной в обезболивающем растворе, и увеличил подачу биореагента, способствующего замедлению внутреннего кровотечения.
— Тебе нельзя говорить, — прошептала Асока, вытирая слёзы. — Потерпи, любимый — мы скоро прибудем на Шили.
— Шили? — Неверов чуть повернул голову в сторону подруги. — Твой…дом?. Интересно…
— Ты скоро всё сам увидишь. Только держись, прошу тебя.
Хаббардианец попытался усмехнуться, однако вместо этого его лицо исказила гримаса боли.
— Макс! — Асока рванулась к нему.
— Мастер Тано — извините, но пациенту необходим покой. — Медик загородил ей доступ к носилкам. — Не волнуйтесь — наши доктора сделают всё, чтобы его поставить на ноги.
Асока молча кивнула и снова уселась в кресло, по-прежнему не сводя глаз с лица Неверова.
Медицинский корабль приземлился в космопорту главного города Шили — Корвалы. Едва лишь опоры судна коснулись поверхности посадочного поля, как к нему тут же устремилась наземная машина на репульсорной тяге, на бортах которой были выгравированы эмблемы медицинской службы. Носилки с Неверовым были быстро перегружены из звездолёта в санитарный мобиль, Асока забралась в салон вслед за медиками, Найрин Тачи последовала за ней. Дверца втянулась внутрь корпуса и машина, набирая ход, двинулась к видневшимся вдали городским постройкам.