— Я думал, что ты очень сильный, а просто фокусами балуешься, — хватка моего телекинеза обрушивается на Клода и начинает подтаскивать, не обращая внимания на сопротивление.
— Почему я должен оправдывать чьи-то ожидания? — доносится сдавленный голос Клода, которому телекинез сильно сжимает ребра.
— Ты действительно не должен. Надеюсь, ты не в обиде за то, что по твоей философии ты оказался слабым и недостойным восхождения?
— Ну, знаешь, опрометчиво бросаться такими фразами, когда еще не победил. Миры за пределами Башни наполнены самыми разнообразными силами, намного смертоноснее нас с тобой. Я прошел посвящение у одной из таких, так что не боюсь смерти. Можешь пронзить мне сердце или открутить башку, я все равно выживу.
— Неудобные способности, конечно. Встречался я уже с одним типом, который не мог умереть, — я уже подтащил Клода настолько близко, что слышу его дыхание. — Думаю, если расчленю тебя и закопаю очень глубоко под корнями какого-нибудь дерева, то ты проклянешь навык бессмертия. Конечно, если он у тебя действительно есть.
— Пха-ха-ха, попробуй, Север. Попробуй. Но сначала сам выживи, — веселится противник, а потом я чувствую, как нечто продавливает мой барьер.
Я привык к своей защите, так что даже вздрогнул, когда невидимая рука сжала мою шею, продавливая псионический барьер. Вокруг в магической тьме по-прежнему летают черепа, пожирая аркану и вообще всю энергию, включая тепловую, но я не вижу того, что пытается меня задушить.
«Ясно, вселенная действительно полна разнообразных сил, на которые я пока не могу смотреть сверху вниз», — думаю я.
Кажется, я понял стиль ведения боя, применяемый Клодом. Он создает область, в которой очень опасно находиться, и одновременно выкачивает аркану противника. Я пока что выезжаю за счет того, что у меня уже довольно глубокий псионический источник, но затягивать бой не стоит. Сам же Клод может игнорировать смертельные повреждения, но я не думаю, что на третьем этаже может быть восходитель, который обладает настоящим бессмертием. Думаю, его способности имеют ограничения, о которых я пока что ничего не знаю.
Телекинезом я уже сжал Клода, точно сломав ему ребра, но умирать он так просто не собирается. Нужно проверить, что произойдет, когда я выйду за пределы черного облака, которое закрывает площадь разрушенного заведения и несколько метров во все стороны. Вот только я теперь не могу сдвинуться. Невидимые руки подобно стальным канатам держат меня на месте, не давая двинуться ни в какую сторону. Возможно, если я подключу все псионические силы, то смогу их разорвать, но что-то мне не хочется сильно тратить последние запасы.
— Я уже убивал подобных тебе. Порой приходят новички, которые имеют большую силу, редкие навыки и еще более редкие таланты. Некоторые даже пытаются заставить мир вокруг прогнуться под себя, — продолжает говорить Клод. — Но знаешь, большинство таких слишком заносчивы, поэтому смерть их настигает еще до того, как они доходят до высоких этажей. Думаю, ты станешь одним из таких.
— Напугал кота сосиской, — фыркаю в ответ. — Да я счастлив оказаться в смертельной ловушке, ведь только в таких ситуациях появляется прогресс. Ща как…
Договорить не успеваю, так как вокруг вспыхивает ослепляющий яркий свет. Причем, это сделал не я.
Опаленная лучами арканы тьма обиженно сворачивается в плотный клубок, будто реально пытается съежиться под неприятным воздействием. Только что вокруг было темно, а теперь я снова вижу Кодэн Хошт, разрушенную таверну и ночные пожары, которые пытаются тушить другие игроки. Похоже, я вложил в тот взрыв слишком много энергии, пожары могут начаться по всему району, а этого бы не хотелось, конечно, так как не собирался привлекать настолько много внимания.
Вот только я не могу сейчас взять и броситься помогать с тушением, ведь главный противник все еще на ногах, бесстрашно усмехаясь в мою сторону. Правда, в его ауре я заметил проблески удивления и волнения, когда загадочный свет разогнал его тьму, значит, он все же не настолько беспечно-уверенный, каким хочет показаться. Я поворачиваю голову в сторону источника излучения с ожиданием увидеть отряд фей, которые пришли останавливать массовые беспорядки и разрушения, но вижу фигуру Эслинн.
Эльфийка держит руки на уровне груди, и меж её ладоней вращается шар ослепительно-белого света. Именно эти лучи разогнали магическую тьму Клода, а также обнажили то, что ранее скрывалось даже от моих чувств. Теперь я вижу, что именно пыталось меня задушить. На моем горле пытаются сомкнуться большие костяные руки, принадлежащие существу с ненормальной относительно людей аурой и низкой температурой тела.