Взобравшись по позвонкам гигантского скелета, я оказываюсь на высоте почти двадцати метров, что позволяет окинуть взглядом округу. Куда ни глянь, картина не особо меняется, но кое-что все же вызывает интерес. Примерно в паре километров возвышается крепость посреди скал. Отсюда выглядит заброшенной, но вдруг там кто-то живет? Осталось лишь проверить.
Теперь спуск вниз, чтобы пройти по руслу кровавой реки в нужную сторону. Погружаю пальцы в реку, чтобы убедиться в догадке и оказываюсь правым. Консистенция, запах и даже вкус выдают кровь. К сожалению, пить из этой реки нечего, если ты не вампир. А вот пить очень хочется, тело продолжает функционировать, как всегда. Значит, мне нужно позаботиться о поиске пищи, еды и безопасного места для сна. Но что-то мне подсказывает, что здесь я вряд ли смогу найти хоть какие-то припасы. Я буду попал в одиночную камеру ада.
Как только мысли опять уходят в сторону бесполезной тревоги, я вновь начинаю бить себя в грудь, чтобы отвлечься. Таким образом продвигаюсь вперед, пытаясь держать в голове карту узнанной местности. Скоро выхожу из лабиринта острых скал и вижу перед собой сооружение, к которому шел последний час.
Оно построено над ущельем, в котором я сейчас нахожусь, вздымая башни в алое небо. Где-то стекают водопады из крови, а горячий ветер проходит по коже и волосам. Я верчу головой в поисках подъема наверх и нахожу тропу, будто кто-то тут уже проходил и не раз. Осталось лишь взобраться, чем я и занимаюсь, и где-то на половине пути в тишине местного ада раздается вой, будто адские псы собираются для охоты.
Когда я увидел в ущелье псов без меха и кожи и с растущими из обнаженных мышц маленькими шипами, то понял, что чертов Нострадамус, ведь эти твари действительно преследуют добычу, а именно женщину в похожем балахоне, что и у меня. Почему-то не могу разглядеть её лицо отсюда, как и помочь. Адские псы достают бегущей до пояса и намного быстрее, так что округа заполняется истошными криками разрываемой жертвы. Такого я никогда не слышал в прошлой жизни, этот звук перетряхивает мое нутро.
— Твою мать, — ругаюсь я, начиная лихорадочно подниматься.
Очевидно, что когда монстры закончат с первой жертвой, они могут заметить меня, поэтому остается только прибавить скорости и скрыться в крепости над ущельем. За спиной вновь приближающийся вой, псы учуяли меня и встали на след, я вижу это, когда оглядываюсь. Они просто прыгают вверх по камням, так что теперь я взбираюсь так, как не делал ни разу в жизни. Это намного страшнее, чем бежать до укрытия под вражеским огнем, никогда прежде не чувствовал такого уровня беспомощности что-либо сделать, кроме бегства.
Пот застилает глаза, дыхание хриплое, сердце вот-вот разорвется, а я не обращаю внимание на ссадины и царапины, загоняю себя и получаю награду: наверху оказываюсь первым. Теперь тропа более горизонтальная, поэтому пускаюсь бежать до крепости, а за спиной слышу вой и рычание. Адские псы все же быстрее меня и скоро настигнут, поэтому я бегу так, словно хочу поставить мировой рекорд на стометровке. Страх смерти — идеальный мотиватор выйти за пределы возможностей организма, это я понимаю, видя перед собой приподнятую решетку входа внутрь каменного сооружения.
На бегу делаю подкат и оказываюсь внутри, вот только один из псов уже в трех метрах от меня и сейчас скакнет следом. Резко разворачиваюсь и с силой опускаю решетку вниз, чтобы перегородить путь, но тварь успевает просунуть голову. Правда, только для того, чтобы оказаться в ловушке. Решетка трясется, когда пес пытается вырваться, разбрызгивая слюну и скаля до ужаса крупные клыки, но что-то в механизме заклинило, поэтому поднять его уже не получается.
Замечаю рядом тяжелый камень, который поднимаю обеими руками над головой, после чего обрушиваю на голову попавшего в ловушку пса. Поднимаю и опускаю, поднимаю и опускаю, пока тварь не затихла навсегда. Её сородичи на другой стороне воют и беснуются, но сделать ничего не могут. В конце последнего удара уже не могу поднять камень, но из трупа чудища появляется сгусток красной энергии, которого осторожно касаюсь.
Вы победили врага. Получена одна душа.
Всего душ: 1
В изнеможении плюхаюсь на задницу и пытаюсь отдышаться, смотря перед собой. Концентрируюсь на появившемся описании, чтобы еще раз прочесть.