В следующем зале солнца наверху нет, так как на его месте изображены многочисленные копья, на которые повесили темную ткань, которая будто бы защищает от света местной звезды.
— Небесный Шатер — это великое заклятье, которое защитило половину Мин Алиста от солнечного гнева и позволило эльфийской расе продолжать жизнь здесь. Это стало триумфом эльфийской магической науки, а копья стали одним из священных символов, так как по преданию именно на них повесили Небесный Шатер, — голем вместе с нами смотрит на потолок.
Эслинн мне не рассказывала о Шатре, но это не удивительно, я бы тоже не смог рассказать всё интересное из истории Земли за парочку разговоров. Но то, что именно копья считаются самыми важными предметами в культуре эльфов, а не какие-нибудь луки, я точно помню. Теперь я узнал, почему.
Мы поднимаемся на следующий этаж, где разглядываем очередные ремесленные артефакты прошлого, а также слушаем истории о героических и масштабных войнах древности. Я держу в голове каждую деталь, спасибо «Анализу» и «Ускорению мышления», но пока что не совсем понятно, зачем нам вся эта информация? Получить общее представление о мире эльфов? Это, конечно, здорово, но Фирад рассказывает только о подвигах и свершениях, полностью игнорируя менее привлекательные темы.
Любая цивилизация имеет проблемы, каждый народ и общество обычно сталкивается с вызовами, с которыми не получилось встать в позу победителя. Ни за что не поверю, что у эльфов не было в истории каких-либо непривлекательных или просто неоднозначных событий, о которых не принято говорить. А пока выходит, что это супер-раса, которая победила все обстоятельства и теперь какает радугой.
Наверное, я просто слишком тесно провожу параллели с Землей. Не о всех событиях родной планеты лично я смогу рассказать пришельцам с гордостью в голосе. Однако меня не оставляет ощущение, что рассказ про Мин Алист не полон, хотя бы ничего не сказано о кризисе, который привел к попаданию эльфов в Башню Испытаний. Ну ладно, возможно, это еще остается запретной темой, так как касается запретной к обсуждению причины.
Фирад останавливается у большой статуи эльфа с копьем в руках и стильных доспехах.
— Фьеринал, один из королей прошлого, во время правления которого Мин Алист достиг зенита могущества. Обратите внимание на венец эльфийского правителя.
Я поднимаю взгляд выше, рассматривая каменную корону, похожую на корни деревьев с поднимающимися стеблями. Она не похожа на массивные короны из истории средневековья Земли, кажется намного легче, а в истории голема она была из золота.
— Фьеринала давно уже нет, но дух его по-прежнему обитает в этом предмете. Сейчас объект известен как Венец Чемпиона, и носится, соответственно, текущим Чемпионом Арены.
О, так вот оно что. Значит, именно эта штука дает текущему Чемпиону некоторую власть над этажом. Прикидываю, как венец будет смотреться на моей голове и понимаю, что не очень. Вряд ли я похож на великого короля, хотя на внешность не жалуюсь. И если приодеться по-королевски или доспехи такие напялить, то будет, возможно, получше. Другие тоже смотрят на предмет, но вряд ли воображают, как наденут себе на голову такие обязывающие к чему-то штуки. Ну, во всяком случае кроме Андреса, в ауре которого произошли еле заметные колебания. Я смог это заметить, потому что он стоял рядом, но при этом выдержка и хладнокровие у военного отличные, он держит под контролем свои сильные эмоции, даже если они есть.
«А они есть у каждого», — хмыкаю про себя и иду дальше за Фирадом.
Надеюсь, что мы будем не всю ночь бродить по музею в пустыне, но кажется, что скоро начнется испытание, ведь мы всё ближе к последнему этажу. Именно непонимание сути предстоящего дела пока что вызывает наибольшее волнение. Ходить и слушать сказки про эльфов нетрудно, но вряд ли же всё будет именно так?
Фирад Смарагдовый останавливается перед лестницей на последний этаж, словно о чем-то думает, а потом разворачивается и смотрит на нас. Игра в гляделки может длиться долго, но голем, наконец, разрешает задать вопросы, но с ограничением на количество.
— Я могу дать ответ на два ваших вопроса касательно эльфийского мира. Внимательно отнеситесь к этому, так как это отличная возможность получить знание, которого никак иначе у вас не появится, — произносит экскурсовод по руинам.
Жаль, что только два вопроса, значит, спрашивать ерунду вроде средней продолжительности жизни эльфов я не буду. Но тогда что спросить, если в голове десятки вопросов?
— Мы хотим обсудить между собой вопросы. У нас есть на это время? — говорит Андрес.
— Не более часа. Я буду ждать вас на последнем этаже, где отвечу на вопросы, и после перейдем к испытанию, — сказав это, голем поднимается по лестнице и замирает в центре следующего этажа.
Это я вижу сквозь потолок, но других полезных деталей того, что там находится, не вижу. А тем временем все собрались вокруг Андреса, обсуждая вопросы. Не только я подумал, что Фирад не просто так предложил задать вопросы, есть вероятность, что таким образом мы можем получить подсказку о предстоящем испытании. Возможно, оно как-то связано с историей мира эльфов?
— Спрашивать о сути испытания бессмысленно, так как он и так объяснит цели и правила, — произносит Кли. — Просить подсказки о правильном прохождении тоже, так как это не касается напрямую темы эльфийского мира, как мне кажется.
Да уж, было бы неплохо просто задать вопрос о том, как быстро и легко пройти испытание, но на такое голем вряд ли ответит. Мне тоже показалось, что вопрос должен быть связан с историей мира эльфов, а не с текущими реалиями. И с этим возникают сложности, так как непонятно, что именно нужно спросить? Мне кажется, что испытание как-либо может быть связано с тем, что нам показывали в этом песчаном музее. Вряд ли это будет письменный экзамен по истории, хотя, я не могу знать наверняка. Просто до этого Башня Испытаний поощряла получение новых знаний, но проверки проводила исключительно практические.
— Не вижу смысла тратить на это время, — в обсуждение встревает Фокс, играя дужками очков в пальцах. — Я на сто процентов уверен, что испытание ограничено по времени. Чем больше потратим времени здесь, тем меньше его останется на потом.
И это здравое рассуждение, с которым трудно спорить. Фирад Смарагдовый ничего на этот счет не уточнил, и если мы в течение пяти минут не сможем придумать какие-нибудь вопросы, то лучше пойти и сразу приступить к испытанию. Кажется, такие мысли пришли в голову остальным, так как еще свежи воспоминания об испытании на крыше, где было жесткое ограничение по времени. Я уверен, что если бы нам дали пару дней, то куда больше восходителей смогли бы научиться процеживать аркану.
В итоге ничего интересного не придумали, кроме как подняться на последний этаж и попытаться на ходу придумать вопросы относительно того, что увидим. Люди (и один орк) оставляют следы на ступенях, а потом нам открывается потолок и крыша одновременно, которая как будто бы меньше всего пострадала от хода времени в пустыне. И самой примечательной деталью является сферический купол из толстого прозрачного стекла. Сейчас на поверхности чудной крыши отражаются зеленые блики волшебных огней этого здания, но все равно можно увидеть длинные цепочки рун на внутренней и внешней части купола.
При этом купол преломляет лучи и не имеет ровную поверхность, как будто большая лупа, хотя, не совсем понятно, зачем. Голем из зеленого камня терпеливо ждет нас и каких-либо вопросов.
— Для чего эльфы использовали это? — Андрес указывает пальцем наверх.
Что же, не самый плохой вопрос, так как эта штука может участвовать в сегодняшнем испытании.
— Это линза, которую эльфы использовали в качестве телескопа. Зачарование объекта позволяет приближать небесные тела очень сильно и фокусировать изображение. В Мин Алист такие купола встречались часто, так как эльфы любили следить за звездами. И с научной точки зрения, и с сакральной, — подробно отвечает Фирад.