Даже моя сверхчеловеческая сила еле-еле выдерживает столкновение, но в важный момент я заставляю телекинетический клинок потерять монолитность, пропустить сквозь себя вражеский меч и снова стать цельным. В другой ситуации это не дало бы мне ничего, ведь голем может восстановиться даже из мельчайших кусочков, но теперь я ударяю «Психофазовым клинком» ур. 3, меняя его природу на нужную мне.
Я не ожидал, что получится, но с трудом различимое лезвие вдруг покрывается сияющим серебром, которое при ударе разлетается частицами, которые плотным облаком заключают в себе противника. Похоже, мои тренировки с этим навыком не прошли зря, а фаза клинка может быть даже такой! Я концентрируюсь на образе проклятого серебра, вспоминаю, что ощущал в той темнице неподвижности без силы арканы, пока передо мной не оказывается серебряная статуя.
Быстро осматриваю психическим оком, и вижу, что текущая со всех сторон энергия теперь просто рассеивается над слоем из серебра. Значит, голем больше не получает её. И скорее всего сил физически сломать застывший слой металла у него нет. Во вселенной, где аркана может позволить тебе вырывать дубы из земли или пальцами гнуть чугунные батареи, стоит только лишиться её, как ты уже не сможешь повторить такие подвиги. Однако на всякий случай я все же обрушиваю на врага всё новый и новый слой серебра, получая уродливую статую, светящуюся под лучами закатного солнца.
Только закончив эту работу, я могу выдохнуть, но вот что делать дальше? Я нейтрализовал противника, но он ведь даже неживое существо, которое может умереть от голода или нехватки кислорода. Критически осматриваю полученный результат, а потом вспоминаю про ступни. Рядом с Центральным Нервом где-то в Госкейн Кедвиг, я был покрыт серебром, но мои ноги стояли на земле, и под них серебро не попало. Именно это позволило Центральному Нерву протянуть ко мне свою, эм, «руку», и установить контакт. Сейчас же вижу, что поток энергии снизу все же есть, хоть и маленький, поэтому начинаю копать.
Я быстро добрался до ступней голема, которые дополнительно покрыл серебром, и теперь не знаю, что делать дальше. Возвращаюсь в биологический облик, одеваюсь, сажусь на обломки одной из колонн и жадно пью воду из призванной волшебной чаши. В состоянии психического льда я не чувствовал жажды, но она сразу набросилась, как только вновь вернул живой облик.
Уровень навыка «Стрелок-знаток» повышен на 1.
Уровень навыка «Психический лед» повышен на 1.
Уровень навыка «Психофазовый клинок» повышен на 1.
Уровень навыка «Пси-мост» повышен на 1.
Навыки вновь апнулись, но пока что мне не до этого. Я не свожу взгляда от обездвиженного противника, наблюдая энергетическую пустоту. Вероятно, это не является необходимой победой, но мне кажется, что раз сама пустыня поддерживала голема, то через какое-то время у него закончится полученная аркана. Но проверить это получится только со временем, поэтому я продолжаю сидеть и смотреть на то, как ничего вокруг не меняется, но зато запустил отсчет времени в системном интерфейсе.
И примерно через полтора часа приходит сообщение:
Вы одолели «Единую Армаду Заблудших» (усил.). Сейчас будете перенесены.
Песок и камни вокруг поднимаются в воздух и начинают крутиться в большом вихре, который опять подхватывает меня. Я этому мешать не стал, радуясь тому, что выдержал очередное непростое испытание. Вероятно, меня сейчас вернут на эльфийский корабль к остальным. Так оно и происходит, когда вихрь пропадает, а мои ноги приземляются на верхнюю палубу. Здесь ход времени не останавливался, и я вижу, как поднимается над горизонтом рассветное солнце, а также вижу остальных членов команды. Судя по тому, что я вижу, не я один столкнулся с големом…
Глава 13
Я победил голема, который бесконечно вбирал в себя проклятые силы пустыни, но оказывается, что не я один сражался с подобным противником, и наши ряды поредели. Нас, кажется, было тринадцать, а теперь перед собой вижу только семерых, и почти все они как будто сражались недавно.
— Север, а мы тебя уже заждались, — Андрес подходит ближе и чуть улыбается. — Что-то ты долго.
— Меня перенесло в какое-то странное место с тремя колоннами в пустыне, где пришлось сразиться с сильно живучим големом, поэтому задержался, — объясняю я. — А здесь что происходило?
— Нас всех перенесло в похожее место, только у меня было другое количество колонн. И против каждого был тот голем, что напал на нас, — подключается Гиль с сигаретой во рту.
Кажется, остальные уже успели поделиться впечатлениями, и только я сильно задержался. И вправду, получается, что голем каждого из нас перенес в особое место для дуэли. Это в очередной раз доказывает, что Башня Испытаний больше ценит индивидуальный зачет, а не командный. При этом я удивлен, что многие смогли победить такого противника гораздо быстрее меня, поэтому не мог не спросить про детали.
— Я сумела поймать его в Первородную Глину, проникла ею в каждую трещинку на его теле, а потом взорвала, — делится Кли. — А останки запечатала в сосуде из той же Глины. Мне повезло, что у меня достаточно оборонительных и запечатывающих навыков.
— А я просто позволил ему дубасить меня, — пожимает плечами Гиль. — А когда набрал во «Втором очаге» достаточное количество энергии, просто сжег его к херам собачьим.
Что же, их подходы я могу понять. Их инструменты или таланты и вправду дают им преимущество против большинства врагов.
— Я с ним просто схватился врукопашную и размолотил до состояния песка, — Гэрри явно не слишком мудрствовал в выборе тактики, впрочем, как и Таска, который на мой вопрос просто показал, как ударил в воздух кулаком.
«Понятно, эти двое смогли с големом разобраться самыми примитивными способами», — я проникаюсь уважением, так как они могут быть гораздо сильнее, чем кажутся, ведь я смог только пленить и лишить голема энергетической подпитки.
— Вам всем, можно сказать, повезло, — вдруг глухо произносит Фокс, стоя в грязной и порванной одежде. — Голем был один, но для дуэли с каждым из нас он как бы разделился. Соответственно, поделил свою силу между своими копиями, но в разной пропорции. Исходя из ваших рассказов могу сказать, что на сложность боя указывали те колонны. У меня их было две, а вот у Андреса и Севера — по три. Моего противника нельзя было уничтожить, он постоянно возрождался.
«Внатуре?» — я думал, что у всех был одинаковый по сложности оппонент.
Начав выяснять такие детали, мы приходим к выводу, что возрождающийся голем действительно был только у троих, и только у меня и Андреса он еще бесконечно подпитывался от силы пустыни и быстро прогрессировал по боевой мощи.
— Но как он тогда выбирал, кому усложненный вариант, а кому полегче? — спрашивает Гиль, но никто не может дать ответ.
Возможно, «Единая Армада Заблудших» по-своему выбрала самых сильных из нас? Но как это точно можно оценить? По количеству арканы или навыков? За прошлые заслуги? Много вопросов, мало ответов. А дополнительным доказательством становится то, что только у меня, Андреса и Фокса противник в сообщении о победе имел уточнение «(усил.)».
— Мист говорит, что когда мы пропали с палубы, в небе появился образ кого-то на троне. Как в ночь посадки на корабли на Первом Посту, — добавляет Кли.
Кстати, это интересно. Голем забрал сражаться всех, кроме Мист. Вероятно, из-за того, что она не является восходителем. Но чей это был образ на троне? Скорее всего Чемпиона Арены, ведь боги или администраторы не могут просто так вмешиваться в события этажа. Если чутье меня не подводит, то местный владыка посчитал меня и Андреса самыми опасными и отрегулировал сложность испытания.
— Как бы там ни было, мы справились, — произносит молчащий ранее Андрес. — К сожалению, наша команда уменьшилась до восьми человек. Раз остальные не появились, то скорее всего они погибли в бою. Как минимум одного из нас голем убил еще на палубе, словно убрал самого слабого или по какой-то другой причине. Однако наше путешествие продолжается, так что нужно оставаться бдительными.