Да, руины песчаного города остались позади, а магические ветра вновь надувают паруса судна. Рискну предположить, что именно из-за «Единой Армады Заблудших» появился тот штиль. Теперь судно движется навстречу поднимающемуся солнцу, и скоро жара опять начнет припекать каждого из нас. И непонятно, какие еще препятствия ждут нас на пути к Великой Арене.
Закончив делиться впечатлениями, все отправились отдыхать, на страже остался только Андрес, сказав, что подежурит первое время. Мне показалось, что он меньше нас всех устал и пострадал, но при это у него была та же сложность, что и у меня. Не человек, а камень. Скорее всего Андрес, как и Фокс, показывает далеко не все способности, которыми владеет. Но думать об этом я сейчас не сильно хочу, лучше лечь на средней палубе и поспать, глаза так и просятся закрыться.
Нервное напряжение и адреналин вроде бы поддерживали меня бодрым, но как только ситуация разрешилась, наступила спокойная фаза, где тело поняло, что устало. Я заснул в течение минуты и как обычно проспал без сновидений. Проснулся часа через четыре полностью бодрым. Осталось лишь выпить чистой холодной воды, закусить последними оставшимися фруктами со Второго Поста, и я вновь готов к свершениям. На верхней палубе Таска и Гэрри уже заменили Андреса, а вокруг бескрайняя пустыня без чего-либо опасного.
— Все тихо? — спрашиваю у мастера боевых искусств.
— К счастью, да, — кивает Гэрри.
Этот восходитель не слишком многословный, но при этом я точно знаю, что он внимательно следит за всем. Наверное, за Таской тоже, который залез на одну из мачт.
— Ты все еще не доверяешь ему? — задаю вопрос, доверившись интуиции.
— Башня Испытаний, да и жизнь до нее, научила меня не доверять слепо тем, у кого есть мотив тебе навредить, — честно отвечает старик. — Кто может гарантировать, что рядом с Великой Ареной он не попробует совершить диверсию?
Этого я действительно гарантировать не могу, и если я своему чутью доверять могу, то Гэрри такое объяснение не устроит. Мы и орк из слишком разных миров, да и уже был конфликт с другими зеленокожими, так что можно предположить, что Таска оказался на корабле именно для того, чтобы втереться в доверие, выяснить про нас больше информации, а потом вернуться к своим и всё рассказать. Разумом я признаю, что такое возможно, но моя интуиция, которая выходит за рамки обыденности, спокойна. Так что я могу лишь пожать плечами, убеждать ни в чем не буду.
Проверяю также общий эфирный канал, и вижу, как несколько божеств оставили комментарии по моей схватке с тем големом, да и других тоже обсудили. Правда, все их комментарии содержат мало полезной информации, однако, я не ожидаю, что они вдруг проговорятся о чем-то важном. Не удивлюсь существованию отдельного эфирного канала только божеств и администраторов, куда восходителям доступа нет. Я уже на пятом этаже, но до сих пор мало представляю задачи Башни Испытаний и роль богов. Есть только разрозненные факты и домыслы, которые я пока не тороплюсь оформлять в гипотезы. Просто потому, что проверить в ближайшее время не смогу, а постоянное мыслительное обсасывание одних и тех же мыслей может завлечь в ловушку мышления, когда я начну свои гипотезы считать верными.
Я тоже приступаю к дежурству, хотя, в этом нет большой необходимости. Пустыня тиха и неподвижна, только местная звезда беспощадно жарит с неба, так что приходится окружать себя прохладным слоем чистой арканы. Другие восходители то поднимаются на верхнюю палубу, то спускаются, утро сменяется днем, а потом приходит вечер и ночь. И на следующее утро ничего интересного не произошло.
Если я не сбился со счета, то мы уже двадцать пять дней в пути в общем. По идее на этом этапе восходители должны сражаться с Армадой Заблудших, но, наша ставка выиграла, поэтому остаток путешествия проходит спокойно. На самом деле точно мы не можем знать, даже Фокс это подтвердить не в состоянии. Пустыня еще может подкинуть нам неприятный сюрприз, но пока этого не произошло, мы продолжаем отдыхать перед испытаниями, которые нас ждут на Великой Арене.
По ходу дела я подхожу ко всем, кто готов терпеть мои вопросы, и даже получаю несколько уроков. Например, Гэрри дал некоторые азы рукопашного боя, а единоборствами я на Земле почти не занимался. Просто потому, что на войне владение огнестрельным оружием помогает больше. Но в Башне аркана может невероятно усилять тела и даровать навыки, связанные с боевыми искусствами. Когда я обращаю тело в психический лед, мои физические параметры резко возрастают, но умения махать руками и ногами это не добавляет. Обещаю себе, что буду в свободное время тренироваться по советам Гэрри, надеясь, что получится получить навык, связанный с боевыми искусствами.
Также совершенствую орочий язык с помощью Таски и узнаю больше о его мире, а взамен рассказываю про Землю. Орк тоже предпочитает особые виды боевых искусств в бою, и вместе мы провели несколько тренировок, где он учил меня приемам, равно похожим на духовную практику, боксерскую тренировку и боевой танец.
А из Кли я пытался вытащить больше информации о Конгрегации, аркане и других вещах, которые могли быть ею прочитаны в земном филиале Анахорической Библиотеки. Девушка не спешит раскрывать передо мной секреты вселенной, но так или иначе какие-то детали мироздания становятся мне понятнее. Например, я узнал о её предположении того, по какому Пути идет Фокс. Этот человек точно не будет со мной или кем-нибудь другим откровенничать, так что я с интересом выслушал гипотезу о том, что Фокс выбрал Путь Игры. Мироздание постоянно играет в игры разных форматов, и последователи этого Пути отличаются тягой к абсурду, наслаждению процессом и удовольствию от высоких ставок.
Вспоминая поведение и улыбку Фокса, когда он поставил на кон свою и наши жизни, делая ставку, могу в это поверить. Удивительно, сколько разных малых Путей существует в Конгрегации. Путь Разума не такой уж крутой и неповторимый, хотя я до сих пор не знаю и одной тысячной доли секретов выбранной стези.
Переход по пустыне тем временем никак не меняется. Не хочется расслабляться раньше времени и угодить в ловушку, но с каждым днем вокруг не происходит никаких изменений. Армады Заблудших больше нет, пустыня встречает лишь песком до самого горизонта, палящий зной уже не такой страшный, будто привыкаешь к постоянной жаре. Не было бы «Неиссякаемой чаши Семирамиды», было бы сложно из-за жажды, но нам достаточно спокойно ждать окончания пути. Думаю, многие уже лелеют мысль, что на горизонте покажется Великая Арена.
Как только мы достигнем точки прибытия, то завершится самый большой этап испытаний на пятом этаже. Но самый большой не значит, что самый тяжелый. Этот переход был не из легких, большинство восходителей команды навсегда сгинули в пустыне. Но на Арене может быть не легче, где придется сразиться за право подняться выше по Башне. И пока неизвестны точные правила грядущих боев, мозг хочет строить самые неприятные вероятные исходы событий.
В таком режиме проходит один день за другим. Близится завершение месяца пути, и нам попадаются разрушенные корабли восходителей до нас, словно они не справились перед самым финишем. Мы, конечно, точно не знаем, что происходило с каждой командой, но вид торчащих из песка мачт заставляет задуматься. Какое-то у меня дурное предчувствие, словно пустыня готовит напоследок прощальный подарок.
И я оказываюсь прав, когда к вечеру поднимается сильный встречный ветер, сильно замедляющий движение судна, так и паруса начнут в обратную сторону смотреть. Приходится создать перед кораблем барьер с острой гранью, которая разрезает встречный поток ветра и пускает по бокам судна. Это позволило восстановить скорость, но потом мы впереди увидели огромную песчаную бурю.