– Волчонок в замке, – усмехнулся Олан, – кажется, я уже где-то видел похожее… Между прочим, чуть южнее, к Южному перевалу Долины Тигров – это достаточно далеко отсюда, – у многих зажиточных семей принято держать ручных тигров как домашних любимцев. Когда я первый раз познакомился с этим обычаем, то, признаюсь, чуть не умер со страху, – искренне рассмеялся он. – Тогда меня пригласили побаловать одну богатую семью историями с севера, и, зайдя в зал, я чуть не столкнулся с огромным полосатым хищником. Если бы не хорошие манеры, честно, сбежал бы, роняя туфли.
Дети рассмеялись, представляя себе эту картину.
– Но не стоит забывать, – серьёзно добавил Олан, – дикое по праву рождения животное так и останется им, несмотря на любовь и преданность к хозяину.
– Вы хотите сказать, что Альф всё же может убежать? – обеспокоено спросил Томас. – Мы уже задумывались над этим, но, учитывая то, что он сам пошёл за Кирой… Я готов поспорить, что у него не осталось никакой семьи.
– Но когда-нибудь любой волк обзаводится семьёй, – задумчиво произнёс странник, – но в ближайшем будущем это вряд ли случится… Давайте я лучше расскажу вам историю о том, как у меня по ужасному невезению стащили кошелёк в закусочной, и, увы, мне пришлось несколько раз воспользоваться всей своей хитростью и проявить чудеса изворотливости, чтобы стащить пару лепёшек, пока мне не удалось занять денег у одного знакомого…
– Воровать нехорошо!– назидательно произнесла Каролина со смешинкой в глазах.
– Согласен, – улыбнулся Олан, – но если очень-очень голоден, можно и рискнуть…
***
Тлеющая свеча светила достаточно ярко для того, чтобы разобрать символы в жутковатом полумраке. Маргарет внутренне содрогнулась, касаясь книги. Без особой необходимости никогда не стоит вызывать духов, тем более недобрых. Хотя душа, скитающаяся отдельно от тела, априори не может быть особо дружелюбной.
Страницы шелестели, переворачиваясь сами собой от ветра, которого, конечно же, здесь быть не должно, – это просто один из методов поиска в таких старых томах с могущественными заклятиями и ритуалами, с которыми можно натворить немало бед.
Маргарет нашла эту книгу у одного знакомого, коллекционирующего старые, как мир, тома, многие из них были на мёртвых языках, которые исчезли несколько веков назад. Но эти страницы были исписаны знакомыми ей символами, которые Марго ни за что бы не расшифровала, если бы только её предусмотрительно не научили этому в детстве.
Было сложно. Под конец уроков у неё всегда начинала болеть голова от слишком большого объёма информации для маленькой девочки, но, обычно мягкая и нестрогая, мать в этом вопросе была тверда, как камень.
– Никто не знает, что может случиться, моя дорогая, – говорила она, обнимая девочку, – поэтому ты обязана выучить эти знаки как можно скорее. Никто, кроме меня, твоего отца и, пожалуй, нескольких придворных дам не сможет прочесть даже слово. Это передаётся по наследству, и учиться может только тот, кто владеет хоть какой-то магией, иначе эти знаки просто не будут запоминаться и складываться в слова, как ни крути. Кто-то увидит на страницах неразбериху из непонятных букв, не похожих одна на другую, а для некоторых всё это будет выглядеть как идеально чистые белые листы без единой точки. Ты должна гордиться тем, что у тебя есть такой редкий дар.
И тогда маленькая Марго, повздыхав и повозившись вдоволь с любимой куклой, шла на урок к придворной даме, которая учила её чаще всего. Но уроки с матерью были в радость всегда, и её улыбка и нежные поцелуи заставляли действительно почувствовать себя особенной. Не потому что ей достался какой-то странный дар, а потому что у неё такая замечательная мать.
Пламя разгоралось, и вот по стене поползли тени. Пожалуй, почти что никогда до этого Маргарет не чувствовала себя такой крошечной и беззащитной. Она тут же одёрнула себя. Ещё не хватало, чтобы её постоянная защита от других – её притворство, если можно назвать таким не слишком позитивным словом действие во благо, было раскрыто. Сможет ли она не потерять лицо перед Бриджит, точнее, её духом, который явно даже злее, чем раньше была колдунья.
Заклинание читалось проще простого для Маргарет, которая усердно практиковалась в чтении магических знаков почти каждый день и знала, казалось, всё, что только можно было о них знать.
Тени стали длиннее. Они будто бы подбирались к фигурке девушке, сидевшей посередине зала, скрестив ноги по-турецки. Если раньше Марго отчётливо слышала сверчков и крики ночных птиц, то сейчас в зала воцарилась гробовая, неестественная тишина, не прерываемая ничем и никем.