ВУОМММ!
Перед толпой, намеревающейся вот-вот захлестнуть драконьего всадника и окружающих его дворян, мгновенно выросла прозрачная, едва видимая стена гудящего воздуха. Я хоть и стоял далеко, почувствовал, как она появилась — в лицо ударила слабая волна тёплого ветра, пролетевшего сквозь толпу.
— Мы тебя любим, Рейган! Ты самый лучший! — продолжали вопить люди, ничуть не обиженные тем, что их кумир не захотел общаться с чернью «ближе».
— И я вас люблю! — зычно крикнул он, поцеловал в щёку какую-то дворянку, и мощно подкинув себя магией, взлетел на спину гигантского ящера, всё это время молча и медленно разглядывающего окрестности.
Оказавшись в седле, он убрал свой магический барьер, что-то громко крикнул — и дракон, расправив крылья, ударил ими по воздуху. Над площадью поднялся сильный ветер, взметнув в воздух пыль и мусор, а ящер, сделав ещё несколько взмахов, начал стремительно набирать высоту.
А народ на площади стоял и кричал что-то вслед всаднику, который уже ничего не мог услышать.
— Занятное зрелище… Крутые ребята эти драконьи всадники, судя по всему, — сказал я, провожая взглядом точку на темнеющем небе, когда толпа начала расходиться.
— Ну, судя по тому, что ты о них прочёл — это закономерно. Лучшие из лучших, воины, маги, те, кто способен с равным успехом укротить и дракона, и принцессу соседнего государства, хе-хе-хе…
— Неплохо бы и мне когда-нибудь заиметь такую зверушку.
— Мечтать не вредно, — фыркнул Кринге, — Сначала научись хотя бы подтягиваться десять раз. Видел, какие у этого Рейгана доспехи? Больше тебя весят, даром, что зачарованные! Да и харизмы у него побольше будет…
— И это говорит мне кинжал… Ладно, проехали. Пора заняться тем, зачем мы сюда явились. Дядя! — я обернулся, выискивая взглядом Гортрама. С недовольным лицом он стоял рядом с каретой, — Идём, пока магистрат не закрылся. Мы сюда не за зрелищем приехали.
Друзья, не забывайте жмякать на сердечко рядом с книгой!
Глава 12
Когда я миновал ворота магистрата, пробившись через рассасывающуюся толпу зевак, дворянчик из приёмной как раз подходил ко входу в здание. Очевидно, он тоже был среди аристократов, крутившихся вокруг драконьего всадника, и сейчас возвращался на рабочее место в компании ещё нескольких клерков и стражников.
Сказать, что Роланд разозлился, увидев меня снова — не сказать ничего.
— Дерьмочист, кажется, ты меня не понял! — зарычал парень, увидев, как я иду в его сторону, — Тебе нечего здесь делать! Вали дальше месить гов…
Я не стал с ним спорить и дослушивать очередную порцию плоских оскорблений — просто щёлкнул пальцами и повернул голову:
— Дядя, я говорил тебе про этого человека.
— Кхм… Мастер Геларио, — дворянчик запнулся на очередной фразе, разглядев, кто идёт за мной, — Чем обязан вашему визиту?
— Своей некомпетентности! — высокомерно рявкнул Гортрам, который по дороге сюда получил исчерпывающие инструкции — о том, каким я хочу его видеть во время «переговоров».
И пусть формально Ролад де Бар был дворянином, и по общественному статусу превосходил моего дядю, обычного купца — но вести себя с ним так, как со мной, молодой аристократ уже не имел права.
Если я в его глазах был всего лишь нахлебником торговой династии, племянником, убирающим стойла за дикими дракидами, то Гортрам являлся уважаемым гражданином Лауэрстоуна и членом торговой гильдии (знали бы в ней о его состоянии и делах с разбойниками, хе-хе-хе!).
Принять и выслушать такого человека Роланда обязывала его должность — обычного секретаря.
— Простите, я вас не совсем понимаю, — нахмурился дворянин, остановившись у самой двери в магистрат. Его компания тоже притормозила, и мы с дядей подошли ближе.
— Мой племянник поведал мне сегодня о важнейшей информации, обладателем которой он стал! Информации, которая может спасти жизни людей и благосостояние горожан! Информации, ценность которой теряется с каждой секундой! А вы, юный господин де Бар, соизволили оскорбить его — и всю мою семью в его лице! Более того — вы высказали недоверие в его честности, и не пустили к капитану городской стражи — человеку, который САМ УКАЗАЛ СВОЁ ИМЯ НА ОБЪЯВЛЕНИЯХ, ПО КОТОРЫМ МОЙ ПЛЕМЯННИК К ВАМ ЯВИЛСЯ! На каком основании вы так поступили⁈
Надо отдать Гортраму должное — отыгрывал разъярённого нувориша он превосходно. Даже не знаю, чего в этом было больше — страха передо мной (подозреваю, дядя начал считать меня чернокнижником), или неприязни к аристократии. В любом случае, разнос он устроил знатный — и привлёк к нему массу внимания, чего мне и требовалось.