Выбрать главу

Риал Фергюсон

Восхождение денег

Посвящаю эту книгу

памяти Джеральда Д. Фельдмана

(1937–2007)

Niall Ferguson

The Ascent of Money

A Financial History of the World

© 2008, Niall Ferguson

All rights reserved

© А. Бондаренко, оформление, 2010

© А. Коляндр, перевод на русский язык: гл. v, со стр. 276, гл. vi, 2010 © И.Файбисович, перевод на русский язык: Введение, гл. I, II, III, IV, V, до стр. 276, Послесловие, 2010

© ООО “Издательство АСТ”, 2013

Издательство CORPUS ®

Введение

Хлеб насущный, тугрики, бабки, лавэ, наличка, жизненно необходимые средства, кэш, капуста – как их ни называй, а деньги вещь важная. По мнению христианского мира, любовь к ним – корень зла. Для генералов деньги – это связующая ткань войн, а революционеры видят в них оковы пролетариата. Где же истина? Что такое деньги? Горы серебра (по убеждению испанских конкистадоров)? Или вполне можно было бы обойтись глиняными табличками и отпечатанными громадными тиражами бумажками? Как получилось, что в сегодняшнем мире лишь малую часть денег можно потрогать, а все остальное – не более чем цифры на экране мониторов? Откуда деньги взялись и, что даже интереснее, куда они делись?

В 2007-м годовой доход среднего американца вырос на 5 % и составил чуть менее 34 тысяч долларов1. Стоимость жизни за тот же период увеличилась на 3,5 %. В реальном выражении благосостояние мистера Посередине поднялось на каких-то 1,5 %. Если брать в расчет инфляцию, доход медианного (того, что окажется в самой середине цепочки из всех американцев, выстроенных по размеру их доходов) домохозяйства в США с 1990 года почти не изменился – за прошедшие восемнадцать лет его рост составил всего 7%2. У исполнительного директора инвестиционного банка Goldman Sachs Ллойда Бланкфейна дела шли чуть получше. Его жалованье и бонусные выплаты (в том числе акциями компании) за 2007 год составили ни много ни мало 73,7 миллиона долларов; таким образом, господин Бланкфейн заработал на четверть больше, чем за год до того, и примерно в две тысячи раз больше, чем Джо с соседней улицы. Чистая выручка Goldman Sachs за 2007 год оказалась равна 46 миллиардам долларов – до этого показателя недотянули ВВП более ста стран, включая Хорватию, Сербию, Словению, Боливию, Эквадор, Гватемалу, Анголу, Сирию и Тунис3. Совокупные активы банка впервые в истории преодолели рубеж в триллион долларов. Кое-что перепало и другим исполнительным директорам с Уолл-стрит. По сведениям журнала Forbes, Ричард Фулд из Lehman Brothers унес домой 71,9 миллиона, Джеймс Даймон из JP Morgan Chase – 20,7 миллиона, а Кеннет Льюис из Bank of America – 20,1 миллиона долларов. Он опередил Чарльза Принса из Citigroup (19,9 миллиона долларов), Джона Мака из Morgan Stanley (17,6) и Джона Тейна из Merrill Lynch (15,8). Только не думайте, что Ллойд Бланкфейн заработал больше всех финансистов. Анджело Мозило из Countrywide Financial получил 102,8 миллиона долларов. Но и Мозило почти так же далеко до самых высокооплачиваемых деятелей финансового мира, как обычным людям – до Мозило. Так, знаменитый Джордж Сорос благодаря своему хедж-фонду получил без малого три миллиарда долларов. Кен Гриффин из Citadel, а также еще два основателя ведущих хедж-фондов – по два с лишним миллиарда. Хуже всех американских исполнительных директоров оплачивался труд Джеймса Кейна – ему достались 690 757 долларов, тем более жалких по сравнению с полученными им же за предыдущие девять лет 290 миллионами. Миллиард людей по всему миру пытаются свести концы с концами, тратя менее одного доллара в день4.

Как выяснилось, в 2007 году мир угодил в лапы самого страшного кризиса со времен Великой депрессии. “Более чем обильное вознаграждение финансистов более чем обосновано их неповторимыми качествами, не последнее из которых – умение управляться с рисками”; спустя год после начала обвала казалось, что это чья-то злая шутка. К тому времени, как я сел готовить книгу к переизданию, JP Morgan вытащил Bear Stearns с того света, Countrywide находился во владении Bank of America – как, впрочем, и Merrill Lynch, a Lehman Brothers приказал долго жить. В 2008 году Citigroup недосчитался 18,7 миллиарда долларов, практически сведя на нет усилия предыдущих трех лет, a Merrill Lynch потерял 35,8 миллиарда, вычеркнув таким образом двенадцать лет из своей истории. Оставшиеся в живых Goldman Sachs и Morgan Stanley превратились в холдинговые компании, положив конец зародившейся в 1930-х годах модели инвестиционного банка. Все уцелевшие после катастрофы приняли помощь от Министерства финансов США в рамках так называемой Программы выкупа проблемных активов. Но и этого было мало: котировки акций продолжали падать, и на горизонте замаячил призрак национализации. Так, в июне 2007 года за одну акцию Citigroup давали 55 долларов, а в марте 2009-го – уже 2 доллара 59 центов.