Как только Савчук получил сигналы своих бойцов о готовности, он перекрестил руки над головой. Никита щелкнул по гарнитуре один раз: сигнал принял. И ловко скользнул дальше, ориентируясь по прибору, который держал в руке. Цифры, прыгающие в окошке узкого дисплея, показывали необходимые координаты установки маячка. Нужно было точно связать всю сетку, раскиданную по территории провинции, и можно уходить домой. Все устали от напряжения, шастая в тылу китайцев, как у себя дома.
Прибор тихо пискнул, определяя координаты установки. Никита выдернул из-за спины узкий цилиндр с ножками (он был заранее приторочен туда в мягком чехле с помощью фиксирующих ремней) и со всего размаху вогнал его в грунт возле какого-то холма, заросшего пышным кустарником с яркими цветами. Местечко не самое удобное, недалеко от блокпоста. Значит, нужно закидать прибор ветками, травой или дерном.
Вытащив клинок, Никита быстрым движением вырыл углубление, в которое маячок и был определен с должной осторожностью. Когда он забрасывал его землей, из-за холма показалась высокая фигура. Человек усиленно боролся с замком на штанах и, что-то бормоча, продвигался вперед. Никак с мотней справиться не может? Волхв насторожился, упираясь всеми четырьмя конечностями о землю, и пригнулся, как кот перед прыжком. Этот-то как умудрился не попасть под удар плетения?
Шатающаяся фигура вдруг остановилась, приняла вертикальную стойку и выдала длинную фразу на китайском языке. Мало того – бросилась вперед, растопырив руки. Если бы он оказался маньчжуром, Никита не колебался бы ни секунды. Но командование, готовившее спецоперацию, категорически запретило оставлять за своими спинами трупы китайских военных. Не хватало еще втягивание Поднебесного Дракона в разборки русских с одуревшими подданными Цин Го. А откуда здесь взяться маньчжурам?
– Что ты там мяукаешь? – прошептал Никита и взвился вверх. Одновременно с этим нанося очередной удар «наркоза». Скрипт оплел китайского бойца невидимой для обычного глаза тонкой вуалью. Что-то пошло не так. Противник спать категорически не хотел. Полыхнуло фиолетовой вспышкой, едва не ослепив сетчатку глаз.
Никита судорожно сорвал ПНВ с лица, фиксируя прибор на лбу. Руки на автомате неслись навстречу китайцу. Перехватив на лету нож в левую руку, он стукнул рукоятью под срез кепки противника. Раздался сухой противный стук. Китаец осел на землю, закатив глаза. Оттащив его в сторону, Никита приложил ладони к вискам потерявшего сознание бойца. Гарантированно стер ему память последних двадцати минут, чтобы не возникло никаких ненужных воспоминаний, и трижды без промежутка щелкнул по гарнитуре. «Закладка поставлена. Отходим».
– Ты что так долго? – спросил Савчук, когда группа растворилась в кромешной тьме холмов. Где-то позади остались яркие всполохи огней города Цитайхэ, освещающих нижнюю сферу неба и спящий блокпост с потухшими прожекторами.
– Пропустили одного, – пояснил Никита. – В нескольких метрах от закладки сидел. Может, отлить ходил или наркоту курил. Или под воздействием «радуги» был. Неадекватный какой-то попался. Амулет у него был слабенький, я его сразу пробил. Видать, в совокупности…
– Он видел, что ты там делал? – напрягся капитан.
– Я стер ему некоторые моменты из памяти, – успокоил его Никита. – Даже подраться толком не успел.
– Словно жалеешь об этом, господин прапорщик? – Алексей усмехнулся.
– На войне я или нет? – волхв шутливо возмутился.
– А як же! На самой настоящей! – охотно откликнулся капитан.
Небо на востоке уже превратилось из глубокого черного в иссиня-лиловое. Звезды поблекли, но еще продолжали висеть над горизонтом яркими точками. Предутренний ветерок принес сырую свежесть с небольшой речушки, которую отряд форсировал несколько часов назад, чтобы пробраться к контрольной точке. Снова запахло приторно-сладко.
– Уходим в лес, – приказал капитан по общей связи. – Скоро рассвет. Не успеваем! Головной дозор – внимание!
Идущие впереди два бойца добрались до густых кустарников, обрамляющих подлесок предгорья, и дали сигнал, что путь чист. Можно двигаться дальше.
Углубились в лес, чтобы исключить любую возможность нахождения группы в чужом районе. Дав задание лейтенанту Лазареву расставить по периметру посты, Савчук расстегнул клапан кармана на левом бедре и вытащил сложенную вчетверо карту. Подошел Лазарев и доложил о выполнении приказа.
– Места слишком оживленные, – пробурчал Савчук, подсвечивая карту узким лучиком карманного фонаря. – Слегка уклонились от первоначального маршрута. Шли по прямой линии от озера Ханка до Цитайхэ, а теперь свалились севернее. Тут несколько дорог, пересекающихся друг с другом, деревни, сельскохозяйственные артели. Куда ни кинься – везде куча народа. Любой крестьянин нас срисует.