Никита про себя сдержал радостное возбуждение. Все-таки ему удалось продавить свое решение отправиться вместе с группой Савчука в Цитайхэ. Меншиков прекрасно понимал ситуацию, и поимка Хазарина имела гораздо больше плюсов, чем минусов. Опальный волхв возвращается домой под усиленной охраной в магических блокираторах под надежным присмотром; сразу же прекращается обучение китайских даосов. Нечего им знать, какими секретами владеют волхвы. Пусть в своем астрале демонов ловят и ездят на них. Ну, и немаловажный аспект в плане укрепления клана тоже присутствует. Если Никите удастся авантюрная операция, великий князь обязательно сделает все возможное, чтобы Балахнин, Абрамов или Волынские с Шереметевыми узнали, кто приложил руку к поимке одиозного волхва. Бойтесь! И не стоит копать под Меншиковых!
Тамара? А что Тамара? Она – женщина, супруга боевого мага, которому по своему жизненному укладу положено быть в первых рядах, кроша супостата в мелкую сечку.
Но была еще одна причина, по которой Константин Михайлович изменил свое решение. Накануне совещания ему позвонила жена. После нейтральных фраз о благополучии и доклада о прибытии в Виндаву, Надежда Игнатьевна, слегка понизив голос, спросила:
– Могу ли я поговорить с тобой откровенно?
– Подожди, – озадачился Меншиков. – Я перезвоню тебе сам.
Он отключился и тут же набрал кодовый номер.
– Второй на связи. Проверьте линию, по которой только что поступил звонок. Точно по клановой? Шифраторы не отключать. Запись разговора по окончании уничтожить. Проверю, как исполнено.
На дворе ночь. Густая темнота, разбавленная желто-маслянистым светом фонарей, освещает фасад здания штаба армии. Константин Михайлович покосился в окно, нашел в телефоне номер жены и позвонил сам.
– Говори, все нормально, – как только откликнулась княгиня, сказал он.
– У Тамары будет ребенок. Я не хотела вначале тебя отвлекать, чтобы ты не совершил какой-нибудь необдуманный маневр, но сейчас решила рассказать. Мне не нравится ситуация с маньчжурами и твоя задержка. Значит, не все так радужно, как хотелось бы….
– Подожди! – у князя пересохло в горле.
– Да что опять? – возмутилась Надежда Игнатьевна.
– Будь на связи!
Он положил мобильный на стол, бросился к аккуратному шкафчику, спрятанному в недрах кабинета. Там начштаба хранил вещи деликатного свойства, только для своих. Меншиков схватил бутылку коньяка, коих здесь было несколько, и, не глядя на этикетку, набулькал себе половину стакана и жадно, в три глотка, осушил его.
– Ты пил, что ли? – подозрительно спросила княгиня. – Рано начал радоваться.
– Какие-то проблемы?
– Нет, все в порядке.
– О Никите хлопотать хочешь? – догадался Меншиков.
– Отправляй его в Курляндию. Он должен быть сейчас рядом с семьей.
И вот здесь Константин Михайлович вспомнил, как Назаров его уламывал, чтобы проникнуть в Цитайхэ и арестовать Хазарина. Почему бы не уважить просьбу молодого зятя? Меншиков не был оголтелым циником, но сейчас ситуация круто развернулась в обратную сторону. Раз у молодых все вышло, Никиту нужно использовать там, где он принесет больше пользы.
– Извини, дорогая, но сейчас не самый лучший момент, – придав голосу твердость, ответил князь. – Испытания «Бриза» вышли на финишную прямую, и Никита должен находиться рядом со мной. Все будет нормально. Я контролирую его перемещения, не даю слишком зарываться в экспериментальном угаре.
– Знаю я ваш контроль, – слишком нервно ответила жена. – Мне все время кажется, что ты сам недалеко ушел от Никиты. Такой же авантюрист, только наделенный большими полномочиями. Кстати, сейчас не война, и наш зять не обязан находиться в боевых войсках.
– Наденька…
– Хорошо, я ничего говорить Тамаре не буду. Но постарайся уладить с Никитой.
– Правильно, – улыбнулся в пустоту Константин Михайлович. – Вы отдыхайте, купайтесь, загорайте. Все лето впереди. Целую! Девчонкам от меня привет!
– Целую, дорогой!