— Спасибо. — Сказал я посмотрев на Злату и приступил к трапезе.
Я набросился на еду позабыв про правила приличия и стал рвать мясо руками, запихивая его в рот. Жевал, глотал, рвал снова. Жир стекал по подбородку. Крошки сыпались на окровавленную рубаху.
Поросёнок был фантастическим! Мясо таяло во рту, корочка хрустела, а внутри поросёнок оказался фарширован овощами и картошкой.
Куриные ноги и вовсе исчезли за три минуты. Кожица натёртая чесноком была божественна! Картошку я ел, обжигая руки и рот, сало запивал морсом. Огурцы и помидоры и вовсе исчезали со страшной скоростью.
Внучка ведьмы смотрела на меня с печки. В глазах стояло удивление. Видимо, она впервые видела чтобы человек поглощал еду с такой скоростью.
Через двадцать минут я откинулся на лавку. Живот раздулся и наполнился приятной тяжестью, а сытость навалилась тёплой волной.
— Спасибо, — выдохнул я вытирая рот рукавом.
Ведьма кивнула и сухо сказала.
— А теперь за работу.
Я встал из-за стола и понял что крепко держусь на ногах. Еда наполнила тело силой. Руки перестали дрожать. Голова прояснилась.
Работы оставалось на три дня. Новый стол взамен залитого кровью. Окна, ставни, порог, лавки, полки, вешалки и мелкий ремонт всего что попадётся на глаза.
Я вышел на крыльцо и увидел что на порожках лежит мой топор и нож. Перемазанные запёкшейся кровью, они выглядели как орудие убийства, а не инструмент плотника.
— Древомир убьёт меня за то что испоганил инструмент. — Улыбнулся я и приступил к работе.
Стол я переделал за полдня. На этот раз пазы вышли ровнее. Чопики встали плотнее. Столешница получилась без перекоса. Что не говори, а быть зрячим приятно, да и работать так куда проще. Да, мебель всё ещё не шедевр, но на крепкую тройку с плюсом потянет.
Завершив стол я взялся за окна. Рамы перекошены, щели в палец. Пришлось всё делать с нуля. Обстругал, обтесал как смог, соединил с помощью шипового соединения, а после натянул бычьи пузыри вместо стёкол. До сих пор не понимаю откуда их взяла ведьма, но она выдала мне их аж десять штук.
Ставни вырезал из оставшихся досок и навесил на деревянные петли. Подогнал к проёмам, закрыл, открыл, вроде работают. Не заедают и не скрипят.
Чтобы сделать порог мне пришлось потревожить Пелагею и попросить принести ещё брёвен и подсушить их. Деревьев я на этот раз срубил с запасом. Аж десять штук.
Пока она таскала их к избе, я заметил лешего, он погрозил мне кулаком и растворился в желтоватом свечении. А ты как хотел родной? Затравить меня светлячками, а после я буду твои деревяхи щадить? Нет, так не пойдёт. Я уже давно понял что дружбы у нас не выйдет.
Обтесав брёвна я принялся расщеплять их на толстый брус, который немногим позднее использовал для изготовления порога. Подогнал к дверному проёму, подрубил так чтобы встал как влитой, а после заменил ступени крыльца на новые, из сухой древесины. Три ступени, три подступенка. Каждый паз выверен, каждый чопик забит с натягом.
Попутно сделал две массивные и широкие лавки. С ножками на сквозных шипах. Расклинил ножки сосновыми клиньями. Клея у меня конечно нет, но конструкция и без клея стояла мёртво.
Полки вырезал, зачистил как смог ножом, занозу не загонишь, но рельеф ощущается. Да и ладно. Это всяко лучше чем сгнившие полки Пелагеи. В случаев чего подправит всё с помощью живы. Кронштейны для полок я выстрогал из берёзового капа.
Вешалки для одежды сделал в виде деревянных крюков из изогнутых ветвей. Нашёл подходящие ветки в лесу, обстругал, ободрал кору и прибил к стене деревянными нагелями. Получилось просто, функционально и надёжно.
Как и планировал, я закончил работу через три дня. Пахал с утра до позднего вечера. Взамен ведьма кормила меня до отвала. Мясо, каша, хлеб, овощи. Целебные отвары, от которых у меня была изжога, но телу становилось легче. Каждое утро я подходил к зеркалу и понимал что выгляжу всё лучше. Бледность исчезла, даже щёки появились.
На третий день к вечеру я забил последний нагель. Повесил последнюю полку. Подровнял последний стык. Выпрямился, отступил на шаг и осмотрел горницу.
Новый стол стоял у окна. Крепкий, на четырёх ногах, без чурбаков и подпорок. Две лавки, широкие и удобные. Шкаф у восточной стены. Кровать напротив печки. Полки ровные, выставлены по моему отличному глазомеру. Вешалки у двери. Пол ровный и не скрипит.
Изба из руины превратилась в жильё в которое не стыдно и гостей позвать. Не дворец конечно, но всяко лучше моего жилища.
И тут в углу зрения полыхнуло новое сообщение золотым светом: