— Раз уж ты мне благодарен настолько что готов родную дочь сосватать, то можно одну просьбу?
— Да хоть две! — Усмехнулся Григорий приобняв меня за плечи.
Я кивнул и понизив голос сказал.
— Отдай Анфиску за Петруху. Он её любит и тебя уважает.
Григорий моргнул и почесал затылок. Предложение явно застало его врасплох.
— Чё за Петруху то? Парень он конечно нормальный, но…
Я перебил Григория и прошептал:
— Слышал про сына кузнеца?
— Ну? — Григорий напрягся.
— Это Петруха его отметелил. Ночью, подстерёг и один на один за тебя отомстил. С таким зятем точно не пропадёте.
Григорий от удивления вытаращил глаза, а чеелюсть его отвисла.
— Да ладно! — выдохнул он потрясённо. — Петруха? Серьёзно? А с виду тюфяк тюфяком!
— Внешность обманчива, — ответил я с невинным лицом.
— Это да, — Григорий цокнул языком и улыбнулся. — Это ты верно подметил. В тихом омуте Петрухи водятся.
Он хлопнул себя по коленям и расхохотался.
— Ладно. Пошли ко мне во двор, — махнул он рукой направляясь к тропинке по которой меня притащили на пустырь.
Спустя пять минут мы очутились в небольшом, но ухоженном дворе. У забора стояли бочки с рыбой. На верёвке сушились сети. У крыльца лежала перевёрнутая лодка.
Григорий нырнул в сарай и вернулся с пятью огромными рыбинами. Каждая длиной в локоть. Пара рыбин оказались вялеными и три копчёными. Запах стоял такой, что у меня аж ноги подкосились, а рот наполнился слюной.
— Держи, — он всучил мне связку. — А как свежака поймаю, обязательно тебе передам. И это. — Он замялся и потёр затылок. — Я то всегда думал что ты дурачок. Ну такой, оторви и выбрось. А ты хороший парень оказался. И о друзьях заботишься и в целом, такой, приятный, понимаешь?
— Надеюсь, теперь теперь у меня стало на одного друга больше? — улыбнулся я.
— А как иначе? — Григорий хлопнул меня по плечу. — Теперечи мы с тобой друзья до гробу! Правда надеюсь в этот гроб не скоро ляжем. Лет через сто хотя бы. Ха-ха-ха!
— Будем стараться. — Ответил я перехватывая рыбин поудобнее.
Пожав руку Григорию, я зашагал к дому Древомира. Нож приятно оттягивал пояс. Утреннее солнце грело спину, а я радовался такому исходу. Теперь в деревне есть уже второй человек который считает меня другом. А это уже не мало. На сто процентов больше чем было вчера.
Древомир сидел на крыльце и просто дышал смотря на серые облака. Увидев меня со связкой рыбин, он приподнял брови и спросил с подозрением в голосе:
— Ты где такое богатство раздобыл? Украл, что ли?
— Обижаете, мастер, — я подошел ближе и тихо сказал. — Позавчера Григория от внуков старосты спас. Он добро запомнил, вот при случае отблагодарил.
Древомир перевёл взгляд на нож, торчащий у меня за поясом и глаза его сузились до щёлок.
— А в придачу к рыбинам он тебе и нож подарил? — уточнил старик.
Я улыбнулся и вытащил нож из-за пояса. Покрутил в пальцах, любуясь бликами на стали.
— Нет, — ответил я беспечно. — Это уже подарок внуков старосты.
Древомир открыл рот, закрыл, и снова открыл. Потом вздохнул собираясь меня отчитать, но не стал этого делать. Вместо этого подхватил рыбу и пошёл в дом. На ходу он что-то бормотал в бороду про то что я допрыгаюсь. Он прав. Любая удача рано или поздно заканчивается. В следующий раз поблизости может не оказаться ни Петрухи, ни Григория и тогда нападение внуков может вылезти мне боком.
Войдя в дом я ощутил аромат копчёной рыбы. Древомир уже колдовал на кухне и услышав мои шаги рявкнул:
— Чё мнёсси? Топай жрать, а потом работать пойдём.
Отнекиваться я не стал. Войдя на кухню обнаружил разделанную копчёную рыбу, куски свежего хлеба и пару кружек кваса. Сев за стол я принялся орудовать челюстями, пытаясь обогнать Древомира, который как мне показалось даже кости не выбирал из рыбы и глотал вместе с ними. Закончив трапезу мы запили всё это дело квасом и отправились в мастерскую.
Петруха уже был на месте и скучал сидя на лавке.
— Чего вы так долго то? Я уже час если не больше тут жду.
— А ты поумничай мне. — Рыкнул Древомир и показал ему кулак.
Мы вошли в мастерскую и началась работа! Петруха составлял готовые столы в одну сторону, мы с Древомиром обрабатывали обожженные доски. Когда всё было готово, мастер заставил Петруху сколачивать каркасы и раскладывать украшения, а меня поставил на ответственную работу! Он позволил мне вытачивать ножки из соснового бруса.