Старик ткнул в мою сторону скрюченным пальцем и продолжил.
— Роща даровала тебе тринадцатый росток священного дуба. И сделала она это не просто так. Роща выбрала себе хранителя и связала с тобой свою судьбу. Дубок, что растёт у твоей мастерской, это не подарок Лешего, Ярый. Это приглашение, которое ты принял. Теперь ты и роща связаны навеки.
— В каком смысле связаны? Можно поподробнее. — Насторожился я чувствуя чни ничего хорошего от этого ждать не приходится.
— Да всё ж ясно как белый день. Погибнет роща, погибнешь и ты. — Улыбнулся Велимудр, как будто для меня это была хорошая новость.
— Это что за фокусы? Посадил рощу ты, а подохну я?
— Ну а как ты хотел? Бессмертие не даётся задаром, мальчик. Пока роща жива, будешь жить и ты. Роща питает тебя, а ты защищаешь рощу.
— Бессмертие? — я уставился на Велимудра усомнившись в его здравомыслии.
— Ну, бессмертие это конечно громко сказано. Скажем так, пока дубы стоят, а корни пьют воду, твоё тело не состарится и болезни тебя не возьмут. Убить тебя по-прежнему можно, ты не каменный. Обычный человек, только чуть сильнее. Однако от старости теперь ты не помрёшь. Неплохая сделка, согласись.
Я молчал, переваривая услышанное. Злата сжала мою руку под столом и переплела пальцы с моими. Пелагея по-прежнему стояла в центре комнаты и на скулах её ходили желваки.
— Пелагейку то роща не выбрала, — добавил Велимудр и покосился на ведьму. — Она хоть и нашла знатных учеников, но сама та ещё бестолочь.
Я потёр виски обеими руками и невольно потянулся к медовухе:
— С такими новостями не грех и раскодироваться.
Велимудр запрокинул голову и захохотал так, что Злата вздрогунла. Отсмеявшись, старик вытер глаза рукавом и хлопнул ладонью по столу.
— Нравишься ты мне, Ярый. Грубоватый и честный, прям как я в молодости. Пелагейка! Ученика я у тебя забираю. Всё равно ты ничему путному его не научишь.
— Не правда! Бабушка очень хорошо обучает! — Вступилась за старуху Злата.
— Да, да. Как скажешь. — Отмахнулся Велимудр и посмотрел на меня. — По утру пойдём в рощу, научу тебя как работать с живой, — он снова зыркнул на Пелагею, и ведьма хоть и с трудом, но выдержала его взгляд.
Я собирался что-то сказать, но тут входная дверь с грохотом распахнулась и в горницу ввалился Древомир. Мастер уставился на незнакомого старика за столом, а после перевёл взгляд на Пелагею:
— А это что за старый хрен? Пелагея! Ты что мне замену сыскала⁈
Горница взорвалась хохотом. Злата зажала рот ладонью, Велимудр схватился за живот и только Пелагее не было смешно, она ещё сильнее побагровела.
— Дед, познакомься, — выдавил я сквозь смех, — это Велимудр. Учитель Пелагеи, создатель священной рощи и по совместительству мужик, которому больше тысячи лет.
— Ага. Плюс минус тысяча. — Усмехнулся Велимудр.
Древомир по обыкновению своему огрызнулся.
— Ха! Тоже мне, тысячелетний старик. Мне если так подумать то тоже тысяча лет, но скорее минус чем плюс.
— А ты мне нравишься, старый хрыч. Выпьем? — Спросил Велимудр.
— А ты мне не нравишься, трепач чёртов. Но да, выпьем. Оно то с трепачами пить куда интереснее с молодняком. Трепачи, они кучу историй знают. А какие истории не знают, те на ходу сочиняют. — Улыбнулся Древомир и сел за стол.
За окном над Яриловкой висело зимнее звёздное небо, из трубы тянулся дымок, в далеке лаяли собаки. На моей кухне сидел бессмертный дед, который поведал что теперь и я бессмертен. Занятный выверт судьбы.
А пока я переваривал случившееся, Древомир загадал Велимудру загадку и тот не смог дать правильный ответ. Мой дед расхохотался и врезал Велимудру щелбан. Когда учитель Пелагеи потребовал чтобы Древомир сказал какой ответ правильный, мой родич пожал плечами и усмехнулся сказав «А я почём знаю?». Велимудр расхохотался и предложил выпить ещё по одной.
Так мы и просидели до самой ночи, а после отправились спать. Впрочем, спал сегодня только Древомир, да Велимудр, так как оба перебрали медовухи. Кстати, забавно что Велимудр раскодировался когда познакомился с моим дедом. Ну да ладно. Мы со Златой пялились в потолок до самого утра изредка обмениваясь фразами. Уснуть не удавалось из-за обилия мыслей.
Бессмертен? Радоваться этому или печалиться? Что хорошего в бессмертии, если все кто тебе дорог безвозвратно уйдут? Или есть лазейка? Что если я научусь сажать такие же рощи и тогда смогу одарить любого человека? Впрочем, если бы всё было так просто, то Велимудр сам бы даровал бессмертие Пелагее, а не оставил это на усмотрение рощи…