— Охренеть! Работает! — Воскликнул Фома увидев что арбалетный болт вонзился сбоку в плечо путника.
Щёлкнул новый самострел и на этот раз болт ударил путника в грудь. Но на этот раз снаряд не смог пробить кожу и отлетел в сторону.
— Выходит он защищён лишь с одной стороны. Если бить сбоку или со спины, то можно нанести урон. — Задумчиво проговорил Тарас и перемахнул через частокол.
— Куда⁈ Дурак! Он тебя на куски порвёт! — Заорал Фома и сиганул следом.
В этот же момент со всех сторон донёсся утробный рёв десяток глоток, а округа наполнилась гнилостным смрадом. Воскрешенное воинство зверей надвигалось на мастерскую. То тут то там лязгали капканы, хрустели ветки настила волчьих ям, а потом Фома заметил медведя.
Громадина из сгнившей плоти бежала прямо на него. Лицо Фомы исказилось от ярости, ведь он вспомнил как потерял руку из-за такой же образины. Медведь разинул пасть и заревел, чёрная слюна брызнула в разные стороны, а массивные лапы бежали по снегу поднимая его вверх былым пылевым облаком. Щёлк! Медведь наступил на ловушку созданную Древомиром.
Из темноты возникли два массивных бревна и ударили слева и справа по голове косолапого. С чавкающим звуком череп зверя лопнул разметав во все стороны мозги медведя.
Тарас обогнул путника по широкой дуге, но тот не сводил с него взгляда и подставлять спину под удар не желал. Справа послышался хруст. Охотник инстинктивно ушел в кувырок и как раз во время. Сочащийся чёрной жижей лось со всего разбега пронёсся мимо и врезался в толстенную сосну переломив её пополам. А ещё вместе с этим он сломал свои шейные позвонки и завалился на бок. Однако обратная жива уже начала залечивать раны и лось силился подняться на ноги.
Краем глаза Тарас заметил как Фома нанёс удар булавой по голове вепрю и тот осел на землю. Охотник перевёл взгляд на путника, но его на месте уже не было. Сухощавый парень оказался на пятьдесят метров ближе к Тарасу чем был секундой ранее. Охотник собирался разорвать дистанцию чтобы выгадать удачный момент для выстрела, но со стороны болот раздался короткий захлёбывающийся крик.
— Тарас Иваныч! Я прикрою! — Заорал из темноты рыжий стражник и послышался щелчок спускаемой тетивы.
— Идиот! Куда⁈ — Заголосил Тарас видя как силуэт путника размылся в воздухе.
Тарас метнулся на голос рыжего натянув тетиву до самого уха, стрела с зеленоватым наконечником светилась в темноте готовая сорваться с пальцев. И тут он увидел в пяти шагах от себя, кучу тряпья и костей, от которой поднимался пар.
Охотник задохнулся от осознания что всего секунду назад это был рыжий. А теперь от конопатого парня остались только кости и куча тряпок пропитанных чёрной жижей.
Путник стоял в трёх шагах от останков, и его правая ладонь, блестела в лунном свете маслянистой чёрной плёнкой. Он повернулся к Тарасу, и багровые угольки в его зрачках вспыхнули ярче. Охотник смотрел на останки рыжего как завороженный чувствуя что тошнота подступает к горлу.
— Хорошо что сам пришел, не люблю играть в догонялки. — весело произнёс путник и рванул к Тарасу.
Очнувшись Тарас влил в стрелу добрую треть имеющейся живы и спустил тетиву. Стрела ударила в грудь путника, но на этот раз не отскочила, а вонзилась на полпальца, застряв в плоти. Путник дёрнулся и удивлённо посмотрел на стрелу, а после, выдернул её и переломил древко пополам.
Зеленоватый огонёк на наконечнике погас, растворённый тёмной живой. Тарас уже тянул следующую стрелу из колчана, но путник не дал этого сделать. Молниеносно он сократил расстояние и замахнулся чтобы размозжить голову охотника кулаком. Тарас невольно зажмурился понимая что это последние секунды его жизни и услышал хруст. Но боли не было.
Открыв глаза он увидел как ноги путника подломились. Булава Фомы врезалась в колено противника с такой силой, что тот моментально завалился на бок корчась от боли.
Фома стоял за спиной путника и тяжело дышал широко расставив ноги.
— Идиот! Я тебе говорил не вылезать за частокол! — Выругался Фома снова занося булаву для удара.
— А я говорил рыжему сидеть дома… — Со скорбью в голосе произнёс Тарас.
Несмотря на то что нога путника была сломана, он довольно резко вскочил с земли на здоровую ногу. Тёмная жива заполнила раздробленный сустав, восстанавливая повреждение с пугающей скоростью. Фома заревев обрушил булаву на голову путника, но тот выхватил меч из-за пояса и сбил булаву в сторону. В следующее мгновение он наступил на сломанную ногу и та на удивление выдержала его вес. На лице путника появилась злобная ухмылка.