Столкнувшись с одной из боковых стенок, суденышко отскочило, крутясь точно гигантская тарелка «фрисби». Привязные ремни, что притягивали Питера к креслу пилота, напряглись, не сдюжили, когда шлюпка врезалась в дальнюю стенку, после чего обрушилась на идеально ровный участок палубы и беспомощно заскользила к пролому. «Что ж, – подумал Питер, – вот и ответ на тот вопрос. Гравитация на корабле все еще есть». Тут тарелочное кручение перешло в беспорядочное кувыркание. Шлюпка словно бы головокружительно завертелась вокруг пилота. «По крайней мере, в некоторых местах корабля», – добавил он к своему заключению о гравитации.
Наблюдая, как его несет назад к звездам, Питер мысленно проклинал даром потраченное время и прикидывал, как ему теперь развернуть чертову шлюпку и снова попасть на корабль. Кровь текла у него из носа и изо рта. Система жизнеобеспечения вовсю гудела, всасывая алую влагу.
Небольшая зазубренная кромка вокруг взорванного участка зацепила нос спасательной шлюпки и тем самым почти ее остановила, на тихом ходу отправляя ее в кучу какого-то непонятного мусора.
Редер немного подождал, убеждаясь, что маленькое суденышко впрямь утихомирилось. Затем он отпустил привязные ремни. «Акции этой компании я тоже куплю», – подумал он, отталкивая ремни в сторону.
Затем он схватил ранец и открыл люк. Подошвы ботинок скафандра липли к палубе, указывая на то, что гравитационная функция в этой зоне нарушена. «Ничего удивительного», – подумал Редер. Картина вокруг него была просто сюрреалистическая. Казалось немыслимым, что люди сперва построили такую грандиозную конструкцию, а потом взяли ее и разрушили. Царящий кругом хаос был в своем роде прекрасен, как хорошие сценические декорации. Если люди здесь и погибли, никаких признаков этого не наблюдалось. А вот над самим «Неустрашимым» нависла отчетливая угроза немедленной гибели. Оторвавшись от созерцания величественного зрелища, Питер направился прочь от пролома.
Его не на шутку раздражало то, что люди ради какого-то эзотерического верования готовы разрушать, да еще в таких чудовищных масштабах. «Каково будет этим мокакам, – задумался Питер, – если мы, плохие парни, как они заявляют, совсем наплюем на райские перспективы, заявимся к ним и всех их к чертовой матери разбомбим? Впрочем, ничего другого они от «бездушной мрази», Космического Отряда то бишь, и не ждут. А, ладно, – подумал он затем, – «люди везде есть», как моя матушка выражалась». И он потащился к аварийному выходу; над этим переходным шлюзом все еще горели зеленые огоньки. Стало быть, по ту его сторону по-прежнему оставался воздух…
Сразу за переходным шлюзом Редер избавился от скафандра. «При гравитации в нем нормально работать не получится, – решил он. – И цвет этот меня уже до упора достал».
После жутких разрушений на главной палубе целехонький коридор казался почти зловещим; кроме низкого гула системы жизнеобеспечения, ничего примечательного там не было. Впрочем, не совсем так. Из-за угла тянулась широкая полоса подсохшей крови, где кого-то волокли к спасательным шлюпкам. Лифты не работали, а на их контрольных панелях мигали однообразные сообщения «ПОЖАЛУЙСТА, ВОСПОЛЬЗУЙТЕСЬ АВАРИЙНОЙ ЛЕСТНИЦЕЙ». Которая на самом деле представляла собой вертикальный трап в узкой трубе. Закинув ранец за плечо, Питер стал спускаться. «А я еще думал, что я в приличной форме, – пробормотал он себе под нос. Когда он наконец добрался до подножия трапа со вздохом облегчения зашатался на ровном полу, его колени ныли, икры горели, а левая рука только что не отнималась. Пожалуй, мне стоит что-то подобное в свой моцион включить, – подумал он, поднимая взгляд, – а то потом еще раз, да к тому же вверх… просто жуть».
У выхода с аварийной лестницы имелась общая карта зоны которую данная шахта обслуживала. Обширный белый квадрат был обозначен как «ЗОНА ВЫСШЕЙ СЕКРЕТНОСТИ. ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН». Редер снял с плеча ранец и направился в ту сторону.
Он без труда эту зону нашел, но световой знак предупредил его о том, что без стерильной спецодежды туда никого не пропускают. При обращении с антиводородом любая пылинка могла представлять смертельную опасность. Питер поднял взгляд. В потолок были встроены датчики, которые легко определяли, кто стерильный, а кто не совсем.
Редер подосадовал на задержку. Впрочем, все было вполне разумно. Если бы хоть частичка его перхоти встретилась с молекулой антиводорода, результаты стали бы необыкновенно захватывающими.