— Не старайся, сцены ревности не будет. Где он и где я, сексуальный гигант.
— Ха-ха, ты издеваешься? Я уже не могу сегодня смеяться!
Глава 15 31 октября 1976 года. Москва. Грохольский переулок 10/5
Константин проснулся, как и всегда в последние годы раньше времени. Как ни странно, но и омоложенное тело оставило массу старых привычек. Например, рано вставать и меньше спать. В квартире было на удивление тихо. Утро воскресенья в доме самое спокойное время.
Он повернулся на спину и уставился на беленый потолок. До ровности ему было далеко! Как, впрочем, и стенам. Хотя чего ожидать от скороспелого проекта шестьдесят первого года постройки? Этакая хрущёвка переросток в восемь этажей! Но огромным плюсом их ареала обитания был находившийся через улицу ботанический сад. Удобное место для прогулок и утренних пробежек.
Эта квартира на самом деле была выделана учителю Варвары, неожиданно ставшему в Москве важным человеком. Но тот сам предпочитал жить за городом, на выделенной правительством даче, тем более что на работу его возили.
Так что своей любимой ученице отказать не мог и оставил ключ со словами — «Живи сколько хочешь!». Шуншина все-таки переехала в Москву именно по его просьбе, чтобы помогать в исследованиях. Поэтому и пришлось перейти учиться на заочный факультет, выбрав другую специальность, не ту что планировала. Но Варвару это уже не беспокоило, она точно знала, чем будет заниматься дальше. Спасибо дорогому учителю!
Константин повернул голову и уставился на свою любимую женщину. Сколько же он, дурак, времени потерял! Но все хорошо, когда хорошо кончается. Все-таки мудрейшая у Степана жена. Еще и до предела строгая. Как тот ухитряется сохранять с ней подобные дружеские отношения? Или это уже обычная житейская мудрость? Качество, которого ему при всем огромной жизненном опыте не хватило. Как же можно бояться жизни, когда ты уже её потерял? Все они в том мире умерли. Вирус скосил человечество начисто.
Но он-то сейчас здесь и сейчас. Лежит в одной постели с лучшей девушкой СССР! Маслов с давно позабытой нежностью залюбовался мягким овалом лица Варвары. Во сне оно становилось почти детским, искренним и бесконечно добрым.
Видимо, ей сейчас что-то снилось хорошее, так она заманчиво улыбалась. Одна из бретелек ночнушки съехала с плеча Вари, обнажив налитую грудь. Девушка постепенно превращалась в обаятельную молодую женщину. Она немного раздобрела, хоть и оставалась чрезвычайно подвижной. Порода такая — сибирская, крепкая, как наливное яблочко! Это тебе не мягкое тело горожанки.
Вид обнаженной молочного цвета груди с ярким розовым соском навел Константина на определенные желания. Он осторожно стянул одеяло, высвободив плавный изгиб бедра и уже начал раздумывать, куда по первости запустить свои шаловливые ручонки. Классическая мужская дилемма — начать с попки или груди?
Ну а что — люди они взрослые, жизнелюбивые во всех проявлениях, да и сегодня как-никак воскресенье. Никто никого никуда не гонит. Тем более что и погода на улице сонная и мерзопакостная. Мелкий дождик и ветер. Самое время и место заняться неспешными любовными упражнениями.
К его удивлению, Варвара в этом плане не была здорово стеснительной девушкой, хоть и малоопытной. Но быстро все познавала и принимала чисто женские радости с огромным удовольствием.
Продолжению «процесса» помешал резкий, непрекращающийся звонок в их дверь. Варвара тут же распахнула испуганные глаза, а Константин чертыхнулся. Как же он мог забыть!
— Лежи, это ко мне!
— С самого утра?
Маслов не стал отвечать, а быстро натянул спортивные штаны и накинул на плечи рубашку. Не выходить же к гэбистам в голом виде. То, что это именно они, он уже не сомневался.
«Ну так назвался груздем, полезай… в камеру»
И откуда такие невеселые мысли? В той будущей несуществующей больше жизни он мог загреметь на нары разве что по какой-нибудь бизнес-криминальной статье. Хватало и таких, как и способов применения лично к кому-нибудь из неугодных.
Даже целая прослойка в обществе появилась в виде рейдеров и людей служивых, желавших получить к пенсии хорошие деньги. Здесь же времена другие. Хрен их поймешь, насколько они продвинулись по «пути демократизации и гласности».
За дверью его терпеливо поджидали двое. Сразу можно было узнать людей служивых. Более старший козырнул красной корочкой.
— Спецуправление охраны…
— Да понял я, понял. Сейчас принесу, вы пока проходите.
Гэбисты переглянулись и в прихожую зашел старший. Маслов хоть и был выше и мускулистей его, но, видимо, опасений у охранников Кремля не вызывал. Или они просто не готовы тут к явному сопротивлению?