- Ты держишь обещания и очень сильно ждешь встречи, - закончила фразу Оля, а потом с заговорщическим видом спросила:
- Ну, и кто он? Неужели, Вадик?
- Нет, Оля, это не Вадик!
- А кто же тогда?
- Попробуй, угадай! - Марина подмигнула подруге.
- Ой, я даже и не знаю, затрудняюсь предположить.
- Это Коля.
- Моряк, что ли? – зеленовато-голубые глаза Оли округлились.
- Да, он самый.
- Молодцы! Как быстро у вас закрутилось! Точно, я вспомнила, вы, когда кино крутили в клубе, вместе все были. И сидели рядом, и танцевали вместе, а потом вообще пропали. Мы тогда в беседке кутили, не заметили вашего исчезновения. А теперь мне картина ясна. Что сказать, подруга: поздравляю!
Оля искренне, с радостью обняла Марину. Коля был предметом всеобщих девичьих мечтаний, но никто из девчонок реально не представлял будущего с ним – слишком часто он отсутствовал, и подолгу. Плохой муж, непоседливый. У таких в каждом порту – по любовнице, и хорошо, если только по одной. А Марина – она необычная. Они с Колей созданы друг для друга. Оля вспомнила, как гармонично смотрелись они – словно половинки одного целого, которые наконец-то обрели друг друга.
- Спасибо, Олька! Я сама не верю своему счастью. Ты знаешь, я впервые полюбила. И счастлива безмерно. Сегодня днем, как только он вернулся, мы пошли гулять, и он сказал, что любит меня. И я ему призналась. Мы целовались, ели малину на поляне в лесу, де родник – фантастика, я даже не думала, что могу быть такой счастливой. А потом мы договорились, что он зайдет за мной вечером. Он сейчас у Степы, наверное, тот в баню Колю пригласил – посидеть по-мужски, пообщаться. А потом, когда они напарятся, мы пойдем гулять. Любовь любовью, а маленькие мужские радости никто не отменял.
- И это правильно! А то надоедите друг другу еще до свадьбы.
- Ой, про свадьбу рано говорить, мы знакомы несколько дней, а официально вместе всего несколько часов.
- Будет свадьба, не сомневайся! Вы – одно целое, и разлучаться не должны.
- Ты знаешь, я была бы не против, - Марина задорно улыбнулась.
- И ты согласна его ждать месяцами, не сводить глаз с горизонта?
- Главное, не сколько ждать, а кого. А Николку я готова ждать хоть всю жизнь. Это ведь счастье – ждать его, быть ему верной, наслаждаться каждым днем, когда он рядом, будто в последний раз.
- Ты прямо-таки декабристка! Колька – счастливый человек, раз его готова ждать такая девушка! Ну, так что, погулять не получится у нас сегодня? Может, ему передадут, что мы пошли прогуляться, когда он за тобой зайдет?
- Конечно, я ему все объясню! – сказала бабушка, которая хлопотала у печи, в пол уха слушая девичьи разговоры. – Я скажу, что ты пошла с Олей прогуляться, скажу, где вас найти.
- Если так только, - согласилась Марина. – Только, бабуля, у меня к тебе просьба: я хочу, чтобы именно ты сообщила об этом Коле.
- Хорошо, Мариночка, скажу, я все равно рано не засыпаю. Время у меня сейчас такое – меньше спать, да больше думать.
- Пошли тогда в комнату, я соберусь – и пойдем.
- А я тебя наряжать буду, - радостно оживилась Оля.
Девушки допили чай и пошли в спальню, где Эльвира лежала на кровати с маской из клубники на лице. Она слышала разговор подруг. Ее буквально тошнило от рассказов сестры о ее чувствах, о ее щенячьей радости и собачьей преданности. И Оля, эта толстая восторженная дура. О свадьбе какой-то говорит! Да не будет никакой свадьбы. А если и будет, то невестой будет не Марина. И точка. «Идите, гуляйте, а я уж бабушку опережу!» - подумала Эльвира.
В спальне Оля стала помогать Марине выбирать наряд. Девушки весело щебетали, перебирая вешалки с вещами, чем еще больше раздражали Эльвиру. Наконец, выбор был сделан. Марина решила надеть платье небесно-голубого цвета с пышной летящей юбкой длиной до колена. Вырез платья красиво обрамлял шею и декольте девушки, а короткие рукава подчеркивали женственность образа. Обуть Марина решила телесного цвета лодочки. Потом Оля стала делать подруге прическу. Она с удовольствием и ноткой белой зависти проводила расческой по густым темным волосам Марины.
- Везет тебе – такие волосы шикарные. А цвет!