- Ладно, мир, - Коля протянул Вадиму свою широкую сильную ладонь.
- Мир.
Мужчины крепко пожали друг другу руки. Вадим на мгновение вспомнил, как эти кулачищи недавно месили его лицо и бока. Да, рукопожатие гораздо приятнее.
- А перед Мариной когда извинишься? - спросил Коля. - Она ведь в шоке была от твоего поведения, плакала долго. Неужели не понимаешь, как это унизительно для нее было?
- А когда лучше?
- Как-нибудь, когда мы вместе будем. Если ты к ней подойдешь, когда она одна будет, то разговора не получится, бедняжка, она научена горьким опытом, к чему разговоры наедине с тобой приводят.
- Да я понял, братан, извини еще раз. Сегодня клуб будет работать, суббота же. Вы на дискотеку пойдете?
- Пойдем.
- Вот тогда и поговорим, извинюсь.
- Договорились. Ну что, пошли, посмотрим, что там Степа нарыбачил.
Надо сказать, рыбалка у Степы в то утро не заладилась. За время разговора клюнул только один окунь, и тот сорвался. Поэтому решили пойти на рыбалку в следующий раз. Вадим попросился составить компанию, а заодно пообещал Степе подарить удочку, взамен той, что отправилась в путешествие по реке. В тот же вечер Вадим принес извинения Марине. Девушка уже отошла после той ночи, с пониманием отнеслась к грубому проявлению симпатии Вадима. Он ведь, действительно, не знал, что она не свободна. Парень он был неплохой, только вот мужские качества у него были неправильно привиты. Видимо, он считал, что напор и решительность - залог успеха, а женщины сами не знают, чего хотят, вот и нужно их направить самому. Что ж, Коля ему доходчиво объяснить, что это не так. Эльвира тоже в тот день пошла на танцы. Она снова надела свое мини-платье русалки, в котором окончательно ранее сразила Вову. Сегодня, как и в тот вечер, оно предназначалось для привлечения внимания Николая. Но старания были тщетны. Марина и Николай не отходили друг от друга. Только в середине дискотеки, когда Эльвира отошла покурить, Марина подошла к ней, одна, и с сарказмом спросила:
- Ну, сестричка, может, покажешь, с каким парнем я ушла в тот вечер, когда Коля должен был зайти за мной?
Эльвира усмехнулась и, молча, выпустила сигаретный дым.
- Вот, нечего сказать, видимо, потому что нет тут такого парня, сама знаешь. А потому я тебя попрошу больше не встревать в наши с Колей отношения и интриг не плести. Если бы он захотел, то выбрал бы тебя. Но он полюбил меня, так уж получилось, я ничего для этого не делала. Просто полюбила его тоже. Запомни, Коля - не игрушка и не платье, и я не намерена его тебе отдавать только потому, что тебе, как капризному ребенку, захотелось его заполучить. Детство кончилось, сестренка.
- Иди-ка ты со своими нравоучениями, сама знаешь, куда, - Эльвира затоптала окурок. - Или ты туда еще дороги не знаешь, недотрога ты наша? Забирай своего Коленьку, тешься с ним - до августа. А потом он снова уйдет по морям да по портам. А там он своего не упустит, получишь увесистые рожки. А потом и вовсе про тебя забудет.
- А это уже не твоего ума дело! Я просто прошу тебя не мешать и найти себе новую жертву, тебе ведь не принципиально? Только не смей Степу калечить. Он хороший парень, не хотелось бы, чтобы он, как Вова, помешался.
- А это тоже не твоего ума дело, со Степой мне гулять или еще с кем. Они сами виноваты, не надо быть лопухами.
Разговор прервался, когда к сестрам приблизился Николай. Он подошел к Марине, обнял ее со спины и, нагнув значительно голову, прижавшись подбородком к плечу девушки, касаясь слегка губами ее шеи, проворковал:
- А я уже заволновался, думаю, не украл ли кто опять мою фею...
- Нет, после того раза со мной даже здороваться боятся, как ты всех напугал, - Марина повернула голову и поцеловала Колю в губы. Пусть Эльвира видит, что ей ловить нечего. Эльвира внешне осталась невозмутимой, но внутри все клокотало, как в жерле вулкана.
- Ладно, голубки, милуйтесь, пойду, потанцую.
Эльвира в бешенстве вернулась в клуб. Там вовсю танцевали. Степа, как обычно, в центре круга. Иногда к нему пыталась приблизиться Оля. Степа, играя, подхватывал девушку под локоть, кружил ее, а потом снова танцевал сам по себе. Тут в круг вошла, делая плавные призывные движения бедрами, Эльвира. Она приблизилась к Степе и стала танцевать почти вплотную к нему. Она касалась в танце руками его груди, приседала, потом снова выпрямлялась, прогнув спину и откидывая волосы, прижималась к Степе спиной и скользила так по его телу. Степа распалялся и смело брал ее за талию, а иногда за ягодицы. Оля чуть не плакала, глядя на это. Чтобы немного успокоиться, она, как бы невзначай, покинула зал и вышла на улицу. Она зашла за клуб, чтобы побыть одной и немного успокоиться. А может, лучше сразу домой... Темнота скрывала девушку. Она дышала глубоко, чтобы не дать воли слезам. Иначе все обо всем догадаются и поднимут ее на смех: рыжая простушка решила тягаться за мужское внимание с красоткой Эльвирой. Неожиданно за здание клуба зашли двое: это же они, Эльвира и Степа! Оля притаилась за крылечком запасного выхода. Оттуда она увидела, как Степа страстно целует Эльвиру, как его руки беспорядочно шарят по ее телу, только слегка прикрытому блестящей тканью. Вот его ладонь скользнула ей под юбку, и она выгнулась навстречу его напору. Оля почувствовала, как к горлу подступает комок. Еще немного, и она заплачет. Нет, невозможно больше смотреть, как тот, кого она безответно полюбила на свою голову, станет предельно близок с соперницей. Оля потихоньку прокралась вдоль стены и скрылась за углом. К счастью, никого она не встретила, все были или в клубе, или в беседке. Девушка быстрым шагом, переходя временами на бег, устремилась в сторону дома. Вот они, соленые ручейки из ее зеленовато-голубых, обычно таких веселых и задорных глаз. Оля временами всхлипывала, останавливалась, чтобы перевести дыхание и хоть немного успокоиться. Так она, перебежками, добралась до дома. Родители и младший брат Костик уже спали. Хорошо, не заметят, в каком состоянии она сейчас, вопросов задавать не будут. Оля села на лавку за баней и уже наедине с собой дала окончательно волю слезам. Как горько это невнимание со стороны любимого, как отвратительно было наблюдать его ласки, адресованные другой! Оля решила, что теперь Степа точно для нее потерян, сейчас Эльвира окончательно его опутает своей паутиной. А Степа - он такой открытый, его облапошить - раз плюнуть. А потом она разобьет ему сердце, уедет и забудет. Оля рыдала чуть ли не в голос, разрываемая обидой и отчаянием. Потом, проплакавшись и немного успокоившись, она попила воды из крана у бочки с водой и решила все же зайти потихоньку в дом и лечь спать. Жизнь ведь продолжается, только теперь она пасмурная будет.