Затем он театрально откинул назад водоросли, свисавшие на его лицо, сделал несколько шагов к Эльвире, нарочно крепко прижал ее к себе и поцеловал ее коротким, но напористым поцелуем. Степа не осознавал, что руководит им не страсть и симпатия, а желание отомстить за свои отвергнутые чувства. Сейчас прилюдно и легально он от души измазал Эльвиру илом и грязью, которыми загримировался. Пусть эта модница и чистоплюйка побесится. Для Степы это была месть. Для Эльвиры - форменное издевательство. А для Оли - очередной удар по сердцу, обнажившемуся в пылком нежном чувстве к этому шебутному Степе. Она наблюдала представление из зарослей. Из глаз текли слезы. Она еле сдерживалась, чтобы не расплакаться в голос. Но Вадим заметил, как едва подрагивают округлые плечи царицы вечера.
- Оля, не надо. Не стоит оно того. Радуйся празднику. Это только фарс. Степа на принцип идет. Мы, мужчины, - заложники инстинкта охотника. Он ведет нас по жизни. Но он же и к другому финалу приводит. И глупости мы из-за него совершаем, очевидного не замечаем. Уж я-то знаю, - Вадим грустно улыбнулся и бросил блинчик в воду.
Оля ничего не отвечала, потому что знала: начни она говорить, и сдерживаемые рыдания вырвутся из груди, и когда она придет в себя - не известно.
- Вот, правильно, умница, держись, ты же царица. Сейчас тебя освобождать придут, как же ты, зареванная, перед всем селом предстанешь?
Оля, молча, кивнула, несколько раз глубоко вздохнула. Вроде, стало легче. Только лицо горело - невыплаканные слезы жгли изнутри. Вот уже Степа с Иваном Николаевичем приближаются. Расступилась в стороны трава. Степа протянул Оле руку:
- Ну, царица, повезло тебе, выкуп заплатили мне хороший. Придется вернуть тебя, а то утащил бы тебя к себе под корягу, уютно там было бы.
- Больно надо, - Оля пожала плечами, подала Степе руку. Тот помог ей подняться с камня и, в сопровождении ведущего и Вадима, торжественно, под рукоплескания, вернул ее Авдотье Степановне.
Глава 19
Глава 19.
Венок был доплетен и торжественно водружен на голову чучела Купалы. Ведущие, вдвоем держа факел, подожгли хворост, сложенный под чучелом. Вокруг этого центрального костра закружились хороводы. На этот раз и баба Дуся, и Оля смогли принять в этих головокружительных танцах участие. Поляна у реки была наполнена смехом, музыкой. Отсветы костров плясали на речной ряби, на волнах девичьих волос. Когда пламя костров стало ниже, началась главная купальская забава - прыжки через костры. Кто-то прыгал один, кто-то парами с возлюбленными или супругами. Главное - крепко держать друг друга за руки. В противном случае, примета сулила разрыв в реальной жизни. Первыми прыгали через костер Вероника Витальевна и Иван Николаевич. Руки их остались сомкнуты. Потом еще односельчане. Наконец, очередь дошла и до Марины и Николая. Взявшись за руки, они отошли от костра, чтобы взять разбег. Остановившись, они с улыбкой посмотрели в глаза друг другу. Затем, еще крепче сжав ладони, они побежали к костру, прыжок - и вот он короткий полет над языками пламени. Марина чувствовала ногами жар от костра, ветер, играющий в волосах и то, как крепко держит ее за руку Коля. Только не размыкать рук! И снова земля под ногами. Марина и Коля снова взглянули друг на друга, боясь разомкнуть руки. Отведя любимую немного в сторону, чтобы не мешать другим прыгать через костер, Коля заключил ее в объятия и нежно поцеловал в губы. Его родители, наблюдающие за счастьем своего любимого сына, сами становились еще счастливее. Марина нравилась им, они уже успели познакомиться с девушкой и одобряли выбор сына. Красавица, ловко управляется с домашними делами. И профессия, как у Вероники Витальевны - еще одна тема для общения. Лишь бы время и расстояние не разрушило это счастье!
Эльвира, наблюдавшая за прыжком Коли и Марины, изнывала от гнева, который так сложно было сдерживать. Вот ведь вцепились друг в друга! И целуются прилюдно! Она даже в какой-то момент пожелала, чтобы сестра запуталась в своем длинном сарафане и упала в костер. Успокаивала себя Эльвира тем, что у нее есть четкий план, который позволит заполучить любимого мужчину полностью, без остатка и навсегда.
- Ну, Эля, попытаем счастья?
Степа оторвал Эльвиру от мрачных мыслей. Правда, взбесил еще больше. Достаточно было его публичного поцелуя и грязи на одежде, руках и даже лице после этого поцелуя. Эльвира резко шагнула от Степы и процедила сквозь зубы: