Кульмагамбет дал знак, и всадники тронулись. Идеально ровную гладь степи то и дело нарушали все чаще встречающиеся сопки и холмы. Стояла поздняя весна. Земля была устлана ярко-зеленым ковром. Солнце начинало пригревать. На небе не было ни облачка. В траве стрекотали кузнечики, над полевыми цветами порхали бабочки.
В дозор было решено отправить Мираса с двумя ровесниками из аула Таймаса. Этот малец неплохо проявил себя в бою с Амантаем. Честно говоря, бий недооценивал сына бедняги Культая.
Обрадованный столь высокой честью, Мирас умчался вперед, никого не дожидаясь. Так что двое других сарбазов оказались в роли догоняющих. Кульмагамбет обернулся, чтобы взглянуть на пленников. Все трое были на месте и вели себя смирно. Рты ойратам пришлось завязать, так что возможности общаться друг с другом у них не было. Связанные по рукам и ногам, они находились под пристальным взором гиганта Амантая. Интересно, сколько еще таких отрядов разослал по степи хунтайджи? Ведь он наверняка мог предположить, что вернутся далеко не все. Эти вот точно не вернутся.
Мысли лезли одна на другую, и каждая старалась занять главенствующее положение в голове Кульмагамбета. Он с досадой тряхнул головой, словно отгоняя их, как надоедливых мух. Нужна была небольшая разрядка. Бий ослабил поводья и дал волю коню. Тот оценил жест хозяина. Шаг скакуна стал резвым и свободным. Вслед за Кульмагамбетом ускорились и остальные сарбазы. За исключением найманов: им нужно было следить за тем, чтобы пленные ойраты не свалились на землю.
Внезапно из-за ближайшего холма послышался топот копыт. Появился одинокий всадник и тут же устремился к отряду Кульмагамбета. Это был Мирас. Он выглядел взволнованно.
— Кулеке! Кулеке-е! — закричал он еще издали, размахивая сдернутой с головы шапкой. — Там еще сарбазы! Там, за холмом!
Мирас был настолько взбудоражен и возбужден, что забыл о правилах приличия и обратился к аксакалу именно таким образом.
— Ну что ж ты народ пугаешь? — укоризненно прикрикнул Кульмагамбет, когда Мирас приблизился. На фривольное обращение юнца он даже не обратил внимания. — А где твои друзья?
— Они там. Остались ждать нас. Там небольшая роща — можно сделать привал.
— Молодец, Мирас! — похвалил бий, похлопав лошадь юноши по мускулистой шее, но объяснять, чем Мирас заслужил похвалу, не стал.
Оказалось, дозор Кульмагамбета встретился с каракесеками — еще одним родом из большого племени аргынов, согласившимся примкнуть к султану Жангиру. Их было десять. Старший назвался Батырбеком. Неплохо сложенный, наполовину лысый жигит. На вид не больше тридцати. Предводители обоих отрядов вежливо поздоровались, обменявшись традиционными в подобных случаях вопросами. Как и сказал Мирас, рядом была уютная рощица, где можно передохнуть. Дальше условились двигаться вместе.
По словам Батырбека, он старший сын бия Баглана. Сам старейшина не рискнул покидать сородичей в столь сложное время. Слушая каракесека, Кульмагамбет отметил, что тот вполне соответствует своему имени. Во всяком случае, внешне. Батырбек к тому же весьма сдержан, чувствует тонкую грань между вежливостью и назойливостью.
Остальные каракесеки под стать своему предводителю. Правда, далеко не все из них смогли позволить себе отправиться в военный поход в надлежащей амуниции. Многие вооружены только шокпарами либо топорами. Доспехов нет у половины. Кстати, такая же проблема и у каржасских сарбазов. Никто ведь не готовился к войне. Собрали что успели.
Вскоре объединенный отряд двинулся дальше. Над тонкой линией горизонта стала подниматься вершина хребта Токсанбай. Оттуда до ханской ставки уже рукой подать.
По мере приближения к условленному месту все чаще стали встречаться другие казахские отряды, стекавшиеся к Орбулаку со всех концов степи. Это были те, кто откликнулся на призыв молодого султана встать на защиту родной земли.
Глава 13. Лагерь
Впервые в своей жизни Мирас видел такое количество юрт. Он сбился со счету уже на двадцать пятой или двадцать шестой. Но их было много больше. Особо выделялась среди остальных та, что находилась в центре. Эта юрта была крупнее и богаче остальных. Вход в покои Жангира охраняли два вооруженных сарбаза с длинными копьями.
Каждую группу подъезжающих встречали специальные люди султана. Один из них приблизился и к аргынам. Молодой парень, примерно одного возраста с Мирасом, в просторных штанах и обычной рубахе песочного цвета, надетой под жилетку из грубой ткани. Приветлив и вежлив. Словом, судя по приему, султан рад каждому ополченцу.