Завтракал с отцом и Машкой. Алла Эдуардовна вяло передвигалась по кухне, доставая то сметану из холодильника, то подкладывая еще сырников на тарелки. Фамильная любовь к этому блюду передалась и младшей сестре. Кирилл посмеивался про себя. И снова приставал:
- Математику сделала?
- Сделала, - отмахивалась Машка.
- И английский?
- И английский.
- И литературное чтение?
- А нам ничего не задавали.
Кир посмотрел на отца и подмигнул:
- Я тоже так всегда говорил.
- Говорил. Ты вообще любил говорить, - сказал отец.
- Семейное, - рассмеялся Кирилл, но, сделав серьезное лицо, вдруг выдал: - Я скучал по разговорам.
- А меня часто впечатляли выбранные тобой темы.
- Особенно про домработниц с третьим размером груди, - хохотнул Кир и тут же замер, в ужасе глядя на сонную Аллу Эдуардовну с банкой клубничного варенья в руках и навострившую уши Машку.
- И за словами, по-прежнему, следишь не всегда, - заключил отец. – Для адвоката – рискованно.
- Исправлюсь, - извиняющимся тоном пообещал сын.
Было еще кое-что, что он хотел исправить.
Понимал, что, наверное, это невозможно, но попытаться был обязан.
Случай представился уже вечером. Приехав с работы чуть раньше обычного, до невозможности уставший и раздраженный – Лера по-прежнему игнорировала – Кирилл обнаружил, что заявился домой раньше всех.
Разулся. Разделся. Принял душ. Решительно спустился вниз и… наткнулся на Марину. Она сидела с блокнотом на коленях посреди кухни на полу и что-то в нем черкала. Бывшая учительница и раньше была слегка не от мира сего. Но сейчас вообще представлялась ему диковинной зверушкой.
Увидев его, всполошилась, вскочила. Захлопнула блокнот со своими каракулями. И растерянно заморгала.
- Сиди, сиди, я чаю попить! – быстро предупредил Кир.
- Я не слышала, что ты пришел. Не буду мешать.
Теперь он растерялся тоже, впервые осознав за все это время, что всякий раз, когда они где-то пересекаются в доме, она спешит ретироваться – если поблизости нет отца. Раньше в глаза не бросалось, а сейчас стало как-то очень отчетливо. А ведь привык ее «хозяйкой» считать.
- Ты мне не мешаешь, - глупо ответил Кирилл, рассматривая Марину.
Под его взглядом «мачеха» покраснела и сделала шаг по направлению к выходу из кухни.
- Мне там… нужно, - она неопределенно махнула рукой, - дела…
- Правда – не мешаешь! – возразил «пасынок». – Абсолютно.
Марина остановилась и подняла на него внимательный серый взгляд. Несколько секунд они изучали друг друга, будто оценивая, кто и на что способен. Потом госпожа Вересова очень медленно и очень серьезно проговорила:
- Разве дело в том, что кто-то кому-то мешает? В условиях мирного сосуществования этого можно избежать.
- Можно. Если это нужно всем сосуществующим.
- Мне бы хотелось верить, что нужно.
- И мне. Чаю хочешь?
- Хочу.
- А почему на полу сидела?
- Да где застало, там и пишу…
- Аааа…
- Еще есть халва и мармелад. Минут через двадцать будут пирожные.
- Почему через двадцать?
- Сегодня Макс Машу из школы забирает – его очередь. И она по-любому раскрутит его на поход в кондитерскую. Он почти не умеет ей отказывать.
- Машкиному обаянию трудно сопротивляться.
- У Вересовых это наследственное, - сказала Марина, совсем как он только в это утро.
Смеялись оба. И то, что случилось девять лет назад на лестнице между первым и вторым этажами старшего блока гимназии им. Франко №92, тоже оказалось отправленным в архив. Не исправленным, но точно окончательно пережитым и оставленным позади.
И все бы ничего, и вполне можно жить, но Лера по-прежнему не отзывалась.
Утром среды Кирилл был примерно уверен в дальнейшем плане наступательных действий. Гора к Магомету не идет. Гора отказывается говорить с Магометом. Гора, походу, гордая. Или все еще переваривает то, что Магомет в воскресенье отчебучил, и в чем он совершенно не раскаивается.
Потому Магомет, в смысле Вересов, был намерен в краткие сроки разыскать гору, в смысле Митрофанушку. Варианты, по счастью, были. Одноклассники, макаронная фабрика, дядя Игорь.
Но так уж вышло, что к одиннадцати утра он успел выяснить только номер телефона Ивановой и то, что в Киеве три предприятия, специализирующихся на производстве макаронных изделий: ООО «Украинские макароны», Киевская макаронная фабрика и частное предприятие «Жанет». Не так уж и густо, но уже что-то. А уже в 11:15 в офисное здание, где располагалась адвокатская контора Лины Мильх, вперлась Карина Поддубная, в девичестве Кудинова.
- Привет, дорогой, - кинулась она с поцелуем к Кириллу, легко разыскав его кабинет.