К окончанию его речи Горелова протягивала ему стакан воды и таблетку. Он послушно выпил лекарство, промокнул лоб носовым платком и сел на место. В зале повисло гробовое молчание.
Наталья Сергеевна присела рядом и, взяв его за руку, сказала:
- Толичек, поехали домой, а?
- Поехали, - устало проговорил он. – Максим Олегович, я позвоню… потом…
- Хорошо, Анатолий Панасович. Буду ждать вашего звонка.
Горелова кивнула Кириллу, подхватила мужа под руку и вывела из переговорной. Макс негромко хохотнул им вслед и спросил сына:
- Кофе будешь?
- Буду, - пробормотал Кирилл, глядя на закрывшуюся дверь. – Как думаешь, они больше не придут?
Вересов-старший достал из стола бутылку, два бокала, плеснул в них коньяк. Пересел на диван и сказал:
- Вряд ли, - помолчал и добавил: - Что там она лепетала про советы?
Кирилл криво усмехнулся.
- Таа… Я посоветовал ей отвлечься – любовника завести. Вот она и… завела…
Брови Макса удивленно взлетели вверх, он долго тер переносицу и все-таки громко, от души рассмеялся.
- Нет, мне интересно. О чем ты думал в тот момент? – спросил он сквозь смех. – Уволит тебя Лина к черту. И будет права, между прочим.
- Она зациклилась, - развел руками Кир. – Думал, отвлечется и успокоится. И потом ты сам советовал побыть психологом.
- Да уж. Побыл, - отец еще разок хохотнул. – Ты вообще-то мне дело выиграл.
- Я заметил, - скривился Кир, придвинул к себе бокал и тяпнул коньяка. Снова скривился и добавил: - Ну, выгонит и выгонит… Зато Гореловым хорошо…
- На земельные споры переквалифицироваться не хочешь?
- Ну серьезно! Они ж друг без друга все равно не могут! – взвился Кирилл. – Рано или поздно сошлись бы.
Макс улыбнулся.
- Оболтус!
Сын на некоторое время замолчал, глядя на отца. И, чем больше успокаивался, тем сильнее расплывался в улыбке. А потом выдал:
- Совсем хреново, да?
- Не совсем. Перспективы имеются, - Вересов-старший поднялся. – Я домой. Ты?
- Это у тебя вторник – халявный день… А я в офис. Надо перед увольнением документы в порядок привести, а то останусь без выходного пособия.
- Тогда до вечера.
- Пока, - отозвался Кирилл. Допил коньяк и вышел из переговорной.
И только оказавшись на воздухе, перевел дыхание. Вокруг него крутилось что-то назойливое, настойчивое, шумное и странно безымянное. И это никак не было связано с тем, что он провалил свое первое дело. Справедливости ради, последнее его совершенно не интересовало. Интересовало другое: какого черта люди не используют по назначению мозги, когда это касается семейной жизни? Отец входил в небольшое число исключений, которые подтверждают правило. И то, в его случае использование мозгов было весьма и весьма условно – начало их с классухой романа, скрытого покровом дурацкой тайны, Кирилл помнил достаточно отчетливо. Да и с мамой, улепетнувшей за океан, серое вещество Вересовым-старшим использовалось сомнительным образом.
Посмотрел на часы. Почти два. Можно было бы озаботиться обедом.
«Ты так обеспокоен едой», - проговорила в его голове Митрофанушка. Тоже достаточно отчетливо, чтобы он буркнул себе под самый нос:
- Ну не тобой же.
И в это мгновение его едва не перекосило.
И-ди-от.
Дошло. То, что крутилось в голове с самой реплики Горелова, дошло. «Планируешь и дальше меня использовать?»
Вот, что зудело и не давало покоя. Вот, что было соотносимо с его собственными мыслями.
Все стало на место.
Использование. То самое слово. Использование.
Горелов двадцать лет использовал Горелову.
Всякое действие встречает противодействие. Это нормально.
Да, Кирилл чувствовал себя использованным. Уже почти неделю. С воскресенья особенно.
А что должна была чувствовать Лера день за днем на протяжении семи лет школы – с пятого класса, когда они оказались за одной партой, с той перемены, как он впервые скатал у нее самую первую домашку по фране? Что она должна была чувствовать, черт возьми, если когда-то любила его, а он… А он ее юзал, не задумываясь над тем, что поступает жестоко. Что она должна была чувствовать, если семь лет пыталась вызвать в нем хоть что-то похожее на взаимность, а он на глазах всего класса и двух параллельных утащил Кудинову в подсобку ресторанно-гостиничного комплекса, где они отмечали выпускной?