Вспомнив про двух стариков маразматиков, Гор громко засмеялся. От смеха его большой живот заходил ходуном, диван противно затрещал.
— Ради Бога! Встань! Ты сейчас разломаешь его, — грубо прикрикнул Кай ладонями, закрывая уши, спасаясь от противного скрежета.
— Так говоришь, как будто это твоё? — вставая, возразил он и еще больше зашёлся в смехе. Грузное тело сотрясалось от хохота. Гор не мог остановиться.
—Хватит! — услышал он сквозь смех громогласный крик Кая. Кое-как отдышавшись, он вытер грязным рукавом выступившие слезы. И уселся обратно на диван. Посмотрел на хмурого герцога, спокойно подытожил:
— В общем, я был везде, где была возможность узнать, как тебе избавиться от жёнушки, не потеряв деньги. Но, увы, ничего нет. Родовую печать не подделать Иллюзия может придать лишь силуэт печати, но никак не оттиск. А к завещанию не подкопаться.
— Я это предполагал, — устало произнес Кай, — Я прикажу приготовить тебе покои.
— С чего такая щедрость?
— Отдохни. Через неделю будем собираться в дорогу.
— Позволь узнать, куда?
— Хочу забрать то, что принадлежит мне по праву.
— Ей Кай. Это все принадлежит ей…
— Не смей больше говорить при мне это! Здесь! Все! Моё! Ты слышишь?! Моё! — в ярости скидывая все со стола, Кай подскочил к Гору. — Я три года сижу в этом захолустье, ни на что не имея право! Я связан по рукам и ногам, благодаря ее папаше гореть ему в огненных чертогах Единого.
Красивое лицо мужчины исказилось в отвращении от нахлынувших воспоминаний.
— Я год терпел его полоумную дочь! Год! Она не смогла забеременеть. Бесплодная дрянь! Здесь все моё! И я намерен забрать все до последней нитки.
Стараясь себя успокоить, Кай пригладил растрепавшиеся длинные волосы и, поправляя халат посмотрел на притихшего Гора.
— Мы едем в обитель! К моей жене. Надо напомнить ей о супружеском долге. Пусть только попробует не забеременеть. Я с нее шкуру спущу, — с улыбкой добавил он, смотря на ошеломленное лицо Гора.
Часть II
Глава 1
Летнее солнце, стояло в зените. На ярко-голубом небе не было ни одного облачка. Душный воздух загнал все живое под тень в поисках прохлады. Обеденная тишина растеклась по всей округе. В деревне было хорошо.
Перед маленьким домиком, стоявший на отшибе, открывался сказочный вид. Небольшое поле, заросшее густо растущими полевыми цветами, опьянял своим ароматом. Вдалеке виднелся густой хвойный лес, на краю которого маня своей прохладой, текла прозрачная речушка.
Валерия стояла на крыльце деревянного домика и с равнодушием взирала на то, что когда-то было ей дорого. Дорого до вчерашнего дня.
— Лер все готово, — тихо прошептала соседка, подходя к неподвижно стоявшей девушке. Она не слышала старую женщину. Мысли уносили ее в далекое счастливое детство. Наполненное любовью и вниманием человека, которого она любила всем сердцем.
В носу стоял запах любимой выпечки, прелой листвы и дыма. Закрыв глаза, она вспоминала, как с ранней весны и до поздней осени на этом самом крыльце Лера с бабушкой пили чай. Бабушка разливала ароматный чай в чашки с красными пионами. Лере казалось, что чай в них был невероятно вкусным и каким-то особенным.
Всматриваясь в даль, они подолгу разговаривали. В своих беседах они мечтали о счастливом будущем, строили планы, сделают небольшую перестановку, купят цветной телевизор...
После завтрака она бежала в школу, а бабушка занималась своим многочисленным хозяйством. Темными вечерами наступало время чудес. Бабушка брала толстую потрепанную книгу со сказками, и волшебство начиналось. Лера помнила запах и шелест пожелтевших страниц. Они манили своими историями. Там жили храбрые принцы и прекрасные принцессы, и всегда добро побеждало зло.
Она так наивно верила, что где-то далеко ее ждет прекрасный принц, который заберет ее вместе с бабушкой в прекрасное королевство, где нет боли, страха и страданий.
Увы, никакой принц ее не ждал. И никому она не нужна была. Отца она не помнила, а мать спившись умерла четыре года назад. Оставив ей в наследство квартиру, помойку, в которой невозможно жить и кучу долгов.
Теперь не осталось никого. Только Лера. Очнувшись от нахлынувших воспоминаний, она услышала, что ее зовут.
— Лера, ты меня слышишь? — настойчиво звала соседка.
— Да, теть Валь, идемте — тихо пробормотала она.
Поправив черный платок, она зашла в дом.
В доме было прохладно и тихо. Дюжина соседских женщин сидели возле мирно спящей худенькой старушки. Белоснежное лицо с россыпью веснушек улыбалось в вечном сне. Красивый ярко-красный платок с золотистыми нитями не давал копне седых волос рассыпаться по высокой подушке.