Выбрать главу

– Да как ты смеешь…

Я кидаюсь в сторону Рована из-за его слов, но он уворачивается и отходит на шаг, кидая свой злобный взгляд на меня.

– Спокойнее, Доусон. Мы всё же в палате твоей сестры, – Рован подходит к отцу и отдает ему документы, чтобы внимательно их прочесть.

Судя по лицу, то всё правда. Родители Рована также имеют право голоса.

– Также там сказано, что с этого момента всё необходимое оборудование, лекарство и другие расходы до момента, пока Леонора не очнется, являются обязанностью Гарнетов.

– Ты думаешь, что мы не в состоянии обеспечить нашу дочь? – задает вопрос отец, ведь это, как удар под дых для него.

– Конечно, в состоянии. Однако, раз вы отказались уже от неё, то думаю, справедливо будет не напрягать вас в данном вопросе.

Рован забирает из рук отца все документы и передает их доктору, после чего кидает быстрый взгляд в сторону Норы и уходит.

Я вижу, как родители смотрят ему в след, а сам позже выхожу за ним и догоняю уже на улице, когда он собирается садиться в машину.

Личный водитель ждет его, когда я окликаю Рована.

– Что ты себе позволяешь? – вижу, что парень тоже курит. – Ты думаешь, для нас это было простым решением, Рован? Ты унизил моих родителей.

Я слышу его очередную усмешку и наблюдаю за тем, как он оборачивается, кидая окурок на землю и туша его ногой.

– Если бы мог, то сделал больше.

– Что это значит?

– То, что пока у меня нет той власти, которая позволила бы забрать у вас Леонору, ведь вы не достойны её.

– Что ты говоришь? – я нахмурился.

– Да и отец бы не понял, – продолжил он, не обращая внимание на мой вопрос, – но позже… гораздо позже, когда мы закончим школу, тогда я её заберу. И не ты, ни ваши родители, никто либо другой не помешает мне. И вы не в праве более распоряжаться её жизнью. Запомни это, Доусон, и запомни, что я не сделал ещё очень многое из-за уважения к тебе и нашей дружбе.

Он сел в автомобиль, когда водитель закрыл за ним дверь, а я так и остался стоять на том же месте, обдумывая его слова.

Теперь я понимаю. Всё понимаю.

Глава 1

Настоящее.

В момент, когда я открываю глаза, то вспоминаю Мора, его окровавленные руки и то, что он вырубил меня.

Я полагала, что он убьет меня, но ошиблась, потому что всё ещё жива.

Пазл совпал в голове, пока пытаюсь понять, где нахожусь и восстановить зрение, так как перед глазами несколько мутно.

Тогда в тюрьме Брайан сказал мне, чтобы я обернулась. Не знаю как, но мужчина догадался и пытался меня спасти, а не убить. Он хотел спасти от Мора, который и убил его.

Мои руки и ноги привязаны к койке, на которой я лежу. Вокруг стоят множество аппаратов и… слишком много людей. Я не вижу никаких знакомых лиц, многие в медицинских халатах, но моё внимание привлекает мужчина в костюме, который замечает, что я очнулась. Он ровесник моих родителей.

Сколько прошло времени с момента, как меня доставили сюда? И где я вообще нахожусь?

– … мисс Эсмонд, вы слишком рано пришли в себя, – доносится до меня обрывок фразы мужчины, – это опущение, но так даже интереснее.

– Кто вы? – мне удается это прошептать, и я понимаю, что губы с трудом слушаются меня. Тело кажется слишком тяжелым даже, когда я просто лежу без движения.

– Моё имя Седрик, – не думала, что он и правда представится. Похитители не должны представляться, если не хотят в конечном счете убить свою жертву, да? Тогда дела у меня плохи.

– У нас не входило в планы вас похищать, мисс Эсмонд, однако вы оказались не в нужное время и не в нужном месте, поэтому Мору не осталось других вариантов, тем более… что в последнее время возникла небольшая оплошность и тот, кого мы планировали похитить, увы, умер.

Кого убил Мор? Я хочу задать этот вопрос, но у меня не хватает сил.

– Поэтому вы займете его почетное место и послужите всем нам.

Я услышала, как дверь открылась, поэтому опустила взгляд и заметила, как на похожей койке везут… Рэйвен. Попыталась дернуться, и Седрик обратил внимание на мои жалкие попытки.

– Да, вы не одна здесь, Леонора. Нам нужен был кто-то, как Рэйвен, того, кого не будут сразу искать, в отличие от вас. У кого нет родителей, поэтому Рэйвен идеально подошла на эту роль.

– Почему… почему вы хотите нас… убить? – произнесла так, будто не хватает воздуха.

– Убить? Леонора, вы ошибаетесь, – мужчина искренне удивился. – Да, когда вы были еще детьми, то такие, как я, ещё лелеяли мечты о том, чтобы убить вас. Уничтожить то, что в априори не должно существовать, но это было слишком давно… Уже позже мы поняли, что можно поступить иначе. Можно попробовать воссоздать то, что когда-то создал Брайан и так уничтожил. И это можно будет продавать. Представляете, сколько желающих будет если узнают, что бессмертие существует? Какой начнется хаос? – я прикрыла на секунды глаза, всё ещё не понимая этого мужчину. – Вы даже не понимаете, Леонора, как вам повезло. Вы не можете заболеть, не можете подхватить лихорадку и скоропостижно скончаться, – я уловила блеск в его глазах, а печаль в голосе, – вы не знаете, что такое болеть. А мой ребенок, вернее, один из них, прекрасно знал и чувствовал всю боль из-за болезни. Тогда у меня не было ни средств для того, чтобы ему помочь, ни возможности, а когда всё это появилось, то его уже не стало. Сейчас мой сын был бы немногим младше вас, но увы… Его здесь нет. А всё по тому, что он был обычным, бедным мальчиком и не заслуживал шанса на спасение. Даже на обычную медицинскую помощь! – тут его голос дрогнул, а лицо исказилось от злости. – Я ненавидел таких, как вы, богачей и всё, что с вами связано… Но по иронии судьбы, стал позже таким же, но лишь для того, чтобы исправить ошибки. Я искал разные способы, чтобы помочь семьям, кто попал в подобные ситуации, жертвовал деньги на благотворительность, посещал разные мероприятия, направленные на борьбу с раком и другими смертельными заболеваниями, но это была капля в море. Так продолжалось до тех пор, пока однажды я не узнал о Брайане, а позже и о вас. Признаться, я пытался добраться до Брайана, чтобы заставить его воссоздать сыворотку, введенную в вас, но всё было бесполезно. А вот добраться до одного из вас… Оказалось намного легче. Правда, что могли дать мне дети? Я хотел лишь мести, как и другие, кто меня поддерживал, но понял, что это не выход.