— Как он сейчас себя чувствует?
— Физически он слаб, но морально… Держится. Отца угнетает, что собственное тело не подчиняется ему. Боюсь, он вскоре сдастся, и я ничем не смогу помочь, — мимолетная грустная улыбка тронула его губы. — Я и так ничем не могу помочь. Рак убивает родного человека, а мы с матерью просто наблюдаем. Э-эх, опять я о грустном! — Корнел запустил пальцы в волосы. — О, может, прогуляться босиком? В детстве я постоянно так делал, — свернул он разговор в неожиданное русло и посмотрел на песок под своими ногами. — Сегодня тепло.
— Не стоит, Люцер. Это дикий пляж, им никто не занимается. Ты рискуешь распороть себе чем-нибудь ногу.
— М-да? Плохо, — пробормотал он и окинул оценивающим взглядом пустующую территорию. — Надо заняться этим местом. Красиво тут. — Корнел стрельнул глазами в мою сторону. — Вечером бы сюда прийти, полюбоваться на звезды, выпить вина, — чуть понизив голос, произнес он. — Присоединишься?
— Нет.
— М-м-м, даже так, — в его взгляде загорелись игривые огоньки азарта. — У тебя кто-то есть?
— Мне просто это неинтересно.
— Как прямолинейно, — с едва заметными восхищенными интонациями протянул он. — Будь ты лучником, поражала бы врагов стрелами в самое сердце. Мое ты уже пронзила, — с обаятельной улыбкой пафосно заявил Люцер, приложив руку к груди. — А если серьезно, Алеста, я правда приглашаю тебя на свидание. Ночная прогулка под луной — разве не романтично звучит?
Похоже, мои руководители были правы насчет его… симпатии. Мне следует вести себя с ним осторожнее.
— Отказываюсь, — отрезала категорично. — Почему я тебя вообще привлекла? — спросила с искренним любопытством и недоумением.
Я могу понять, почему понравилась Гантэру, но что во мне нашел Корнел?
Позади нас послышался смех. На пляж пришла компания веселых молодых людей. Люцер мельком глянул в их сторону и снова направил свое внимание на меня.
— Ты смелая и красивая девушка. Не просто девушка, а отважная Чистильщица. Как не обратить на тебя внимание?
— Я такая не одна-единственная в мире.
— Ты единственная завладела моими мыслями с первого взгляда. Твои холодные глаза и сдержанность покорили меня. С виду ты хрупкая фарфоровая статуэтка, но внутри у тебя железный стержень, — толкнул он красивую речь.
Хмыкнула и отвернулась от него. Стержень, говоришь? Будь у меня стержень, я бы не посещала постоянно психолога.
— У тебя точно кто-то есть, — уверенно сказал Люцер, наблюдая за моей реакцией.
Пусть думает, что душе угодно.
— А ты разве не встречаешься с той актрисой? — припомнила я.
— C Деа Кирс? Хах, нет… Нас ничего не связывает кроме ее попыток привлечь мое внимание. Она уже год настойчиво добивается моего расположения, — без капли самодовольства поведал Корнел и досадливо скривился. Похоже ему это в тягость.
— Наверное, ты ей сильно нравишься. Либо у вас уже что-то было, вот она и надеется на продолжение, — беспечно предположила я. Совершенно без задней мысли.
— Ты меня насквозь видишь? — Люцер развернулся и пошел спиной вперед, смотря в мои глаза. В его взгляде горели хитринки.
Угадала, выходит? Видимо из-за свежего морского воздуха мозг стал лучше работать. Ну или это лекция Наа о романтических отношениях между мужчинами и женщинами повлияла на мою проницательность.
— Как честно, — протянула с поддельными нотками восхищения, подражая ему.
— Я всегда честен. — Он остановился, и мне тоже пришлось замереть. — У нас с Деа действительно была… общая история, — Корнел странно усмехнулся, задрал голову и посмотрел на небо. — Мы встречались, пока я не разглядел… то, что вначале отношений не заметил, клюнув на ее привлекательную внешность. Не буду вдаваться в подробности, скажу только, что разочаровался в ней дважды. Второй раз случился на вечере Аргуса. Я подумал, что она, наконец, изменилась, но это была очередная искусная игра.
Мне стало немножко неуютно. С чего он так разоткровенничался со мной?
Впрочем, я же первая завела разговор об актрисе.
— Зачем ты мне об этом рассказываешь?
— Не хочу тебе врать и вводить тебя в заблуждение. Ты располагаешь к себе, Алеста. Я готов говорить с тобой о чем угодно и сколько угодно. Я чувствую, что могу тебе доверять, — неожиданно заявил он и подошел почти вплотную ко мне, едва не наступив на мои ноги.
А я чувствую, что с моих ушей пора снимать лапшу. Доверять малознакомому человеку — глупо. Люцер явно не глупец. Он… бабник?
— Опрометчиво с твоей стороны, — отступила на шаг, сохраняя дистанцию. Опасности от него я не ощущаю, но мое личное пространство нарушать не позволю. — Ты совершенно меня не знаешь. Как и я тебя.