Так необычно…
— Ты нравишься мне, — отстранившись, признался Лендер и обхватил руками мои плечи. — Тц… Что за детский сад? — скривился он. — Нравишься — это как-то мало и глупо. Ты мне не просто нравишься, ангелочек. У меня от тебя башню сносит к х*рам! — А у меня дыхание перехватило от этих слов. — Кхм… Прости, я всегда много матерюсь, когда нервничаю. Постараюсь себя сдерживать.
— Ничего страшного, — пролепетала, оторопев от происходящего и толком не соображая, что несу. — Ты привык так разговаривать, я понимаю.
Единственное чего я не понимаю — что мне делать? В голове кавардак, в чувствах неразбериха, а рядом парень, у которого эмоции зашкаливают. Я не понимаю, как поступить, что сказать и сделать. Не понимаю…
После признания Гантэра я была гораздо спокойнее и могла трезво соображать. Значит ли это, что к Айзелу я испытываю совершенно иные и более сильные чувства?..
— Тебе не нравится мат и всякие грубые словечки. Я заметил, — довольно улыбнулся он. — Чего ты так смотришь? Эй, ангелочек, ты еще со мной? — Айз поводил ладонью перед моим лицом.
— Я тебе правда нравлюсь? — уточнила на всякий случай, выставляя себя недоверчивой и тормознутой.
Что парни во мне находят?..
— Ну да. Стал бы я пиз… врать? — фыркнул руководитель. — Ты в шоке от всего, что я на тебя вывалил? Расслабься, Алеста, я не требую от тебя взаимности. Просто хочу, чтобы ты знала: во многом благодаря тебе я становлюсь лучше и стремлюсь к большему. Обрати на меня внимание, а не только на этих модных лощеных типов. А хотя хе… хрен с ними! Даже если не обратишь, я все сделаю, чтобы ты забыла о других и была со мной, — уверенно заявил Айзел, поражая меня своими речами в очередной раз. По-моему он отлично умеет говорить. — Ну, что скажешь? — Я никак не реагировала, окончательно зависнув. Процессор вышел из строя. — Скажи хоть что-нибудь, — буркнул он. — Можешь послать меня или ударить!
— За что? — озадачилась.
— Я без разрешения поцеловал тебя.
— А… — дошло до меня. Страшно захотелось потрогать свои губы, которые еще помнили прикосновение губ Айзела. — Ерунда.
— В смысле «ерунда»? — набычился он, кажется, неправильно расценив мой ответ.
— В смысле я не злюсь. Айз, понимаешь, это все неожиданно… — замолчала, не зная какие слова следует подобрать.
— Понимаю… Я все прекрасно понимаю, ангелочек! Ты не готова? Тебе нужно обдумать мое признание? — Я кивнула. — Без проблем, я подожду. Не тихо в сторонке, конечно. Должен же я помочь тебе принять правильное решение. Правда, ухаживать я не умею… но научусь! Поэтому не спеши посылать меня.
— Дело не только в этом. Ты не забыл о моей проблеме?
С ней разобраться в себе будет сложно.
— Не забыл, ангелочек. Лампочка, работающая на последнем издыхании — так ты назвала свои эмоции? Она же не перегорела, она всего лишь плохо работает. А что нужно для исправной работы света? Электричество. Я тебе его обеспечу.
Он собирается стать… подпиткой для моих эмоций?
— Ты уверен, что у тебя получится? — с сомнением заглянула в его горящие энтузиазмом глаза.
— Я же Лендер! — усмехнулся он. — Рядом со мной ты не сможешь оставаться равнодушной. Ты уже не равнодушна рядом со мной, — вкрадчиво произнес Айз, отпуская мои плечи и выпрямляясь.
Это правда. Рядом с ним я постоянно что-то испытываю: злость, раздражение, радость, смущение. Он не оставляет выбора, постоянно совершая поступки, на которые невозможно не отреагировать. Либо причина не в нем и мне просто становится лучше.
— Прохладно тут. Давай вернемся, — сказал руководитель и взял меня за руку. Я не сопротивлялась. Не знаю почему. Вроде бы и нужно пресечь этот произвол, а вроде бы и хорошо, когда моя рука находится в его теплой шершавой ладони.
Пребывая в своих мыслях, мы оба вернулись в кабинет.
— Где эти гребаные сигареты? — занялся поисками своего курева Айз, переворачивая все вещи на столе.
Недолго в задумчивости посмотрев на него, принялась за уборку в кабинете. После догонялок с Воришкой здесь творился кавардак, и его требовалось немедленно устранить, чтобы завтра все смогли комфортно работать. Через некоторое время я обнаружила черную пачку сигарет, плавающую в миске с водой.
— Ах ты ж… Твою мать! Твою мать! Твою мать! — Айзу моя находка не понравилась.
— Курить вредно, — меланхолично заметила я, наблюдая за его сокрушенной руганью над миской енота.
Он наклонился к ней, достал из воды двумя пальцами пачку, встряхнул ее и глубоко вздохнул.