Внезапная боль немного вернула с небес на землю, но она показалась слишком слабой, чтобы зацикливаться на ней. Бывало и больнее. В сотни, а то и в тысячи раз.
— Прости, маленькая. — Айзел покрывал мое лицо поцелуями. — Очень больно? Только скажи и я прекращу…
— Нет, — погладила его по щеке. — Не надо. Продолжай.
Вскоре неприятные и непривычные ощущения отошли на второй план. Айз старался сделать все ради моего удовольствия и вновь медленно сводил меня с ума, вознося на вершину.
Разомлевшие и довольные жизнью, мы лежали в обнимку на тесной для двоих кровати. Лендер был в домашних шортах, а мне он велел надеть свою футболку, которую вручил после душа со словами:
«Спи в ней, чтобы я снова на тебя не набросился».
Что-то она не слишком останавливала его от поглаживаний моей попы…
Он вдруг заворочался и навис надо мной, окинул счастливым блестящим взглядом мое лицо и поцеловал в губы.
Расплылась в улыбке. Футболка не помогла?..
— Я люблю тебя, ангелочек, — прошептал Айз, вновь говоря заветные слова. Внутри у меня привычно все замирает. — Люблю до безумия. Реально до безумия! Не для красивого словца говорю, — с неясной горечью усмехнулся он. — Ты самое лучшее и светлое в моей жизни. Родная, любимая и желанная. Я не из трусливых, ты знаешь, но этих чувств… боюсь. Сегодня понял, что боюсь, — серьезно признался Лендер и провел большим пальцем по моей нижней губе. — Они бесконтрольные и безмерные. Сильные как мой дар. Нет, сильнее.
Его признание захватило все мое существо, выбивая воздух из легких и опаляя огнем грудную клетку. Я хочу ответить ему что-нибудь внятное, но все слова вылетели из головы.
— Айзел…
— Нет, не говори ничего, ангел, не нужно, — попросил он, прижимаясь своим лбом к моему. — Я знаю, что твои чувства отличаются.
Разве отличаются? По-моему Айз сам себя ввел в заблуждение.
— Это не так! — возразила, обхватывая его лицо руками. Слова быстро нашлись и способность говорить вернулась. — Я тоже… тоже… влюбилась в тебя по уши, — призналась, сгорая от волнения. — Ты невероятный, Лендер. Даже если другие говорят об обратном, ты самый замечательный для меня. И речь не о твоих способностях Видящего, а о тебе самом, о том какой ты. А ты добрый и смелый, безбашенный и искренний. Может, я не всегда бурно выражаю свои чувства, но внутри у меня их целый вулкан. Особенно по отношению к тебе. Иначе бы я сюда не пришла! И мое платье не валялось бы на твоем полу, — добавила со смешком.
Айзел тоже засмеялся и уткнулся лицом в подушку. Его волосы защекотали мою щеку.
— Я без ума от тебя, Алеста, — глухо произнес он. — Приятно быть для кого-то особенным… и нужным.
Провела рукой по жесткой шевелюре, поцеловала плечо Лендера и прижалась к нему.
— Да, ты особенный для меня, — проговорила ласково. — Самый-самый нужный и особенный.
Меня разбудило странное шипение и аппетитный аромат чего-то жареного. Нехотя открыла глаза и обнаружила, что вместо Айзела обнимаю подушку.
Потирая лицо рукой, приподнялась и посмотрела в сторону кухни. Растрепанный Лендер в одних шортах что-то готовил у плиты. На столе заметила бутылку с маслом и скорлупки от яиц. Ясно, яичницу жарит.
Тихо слезла с кровати, ступила босыми ногами на прохладный пол и попыталась осторожно подкрасться к Лендеру.
— Я слышу тебя, — сказал он, когда мне оставался последний шаг до него. Фыркнув, подошла и обняла моего повара, сцепив руки на его обнаженном животе и прижавшись щекой к теплой спине. — Разбудил? — Широко зевнула, кивая головой. — Прости, не получилось быть тише. Накрылся мой сюрприз — завтрак в постель для тебя.
— Не накрылся. Я с удовольствием попробую, что ты приготовил, — успокоила Айзела, — но сначала схожу умыться.
— Ангелочек, у меня для тебя неприятные новости, — внезапно заявил он мрачным тоном, напряженно застыв. — Горячую воду отключили. С ней тут постоянно проблемы.
Из его уст это прозвучало так, будто конец света наступил.
— Умоюсь холодной, — отмахнулась я, топая в сторону душа.
Ледяная водичка приятно освежила и взбодрила. Жалко, у меня нет зубной щетки. Для свежего дыхания пришлось прополоскать рот водой с зубной пастой. Не самый плохой выход из ситуации.