Гадство!
Аэлия открыла ворота и кинулась к любимому воспитаннику:
— Роджар, уведи его отсюда! Он больной!
«Может, участковый случайно меня увидел и потому примчался? Не стоит отметать этот вариант. Как бы там ни было, нужно перестраховаться. Еще не поздно», — Айз достал телефон, отвернулся от приближающейся парочки и за считанные секунды записал голосовое Хелиру:
— В храме творится какая-то хрень. Я здесь. Евана нигде нет. Вызови полицию и направь одну из наших групп сюда.
Отправив сообщение, он повернулся обратно и криво улыбнулся участковому.
— Вы нарушаете закон! — грозно гаркнул Роджар. — И ведете себя как сумасшедший!
— Я всего-то зашел в храм побеседовать с настоятельницей. Зачем вы разводите панику? Примчались сюда, словно я бандит какой-то.
— Вы проникли на нашу территорию как вор, юноша! — подала голос Аэлия из-за спины своего защитника.
— Но я ничего не украл, — невинно заметил Айз. — Короче, завязывайте с этим цирком. Где мужчина, который приходил к вам вчера? Скажите мне, я заберу его, и мы свалим.
Конечно они не скажут, но попытаться стоит.
— Вы ненормальный, — настаивал Роджар. — Здесь никого нет. Я вынужден вас задержать до выяснения всех обстоятельств.
Ну а вдруг они правда ни при чем?..
Да-да, ни при чем, охотно верится. Слишком уж активно его выпроваживают. Участковый даже не уточнил, какого человека он ищет. Орут на него как потерпевшие, хотя раньше сохраняли поразительное терпение и спокойствие.
— Вы меня не переубедили, — заявил Айз, все равно собираясь осуществить задуманное.
— Стоять! — заорал участковый, подлетая к нему и замахиваясь.
А вот бить он себя не позволит.
Айзел перехватил худую бледную руку и сжал так, что Роджар взвыл.
— Тронешь меня — пальцы отрежу.
Угроза в духе Аспида. Даже тоном таким же сказал. Жестоким и кровожадным. По-настоящему безумным.
Чтобы усилить эффект устрашения, Лендер использовал необычную особенность своего дара, от которой глаза становятся красными, а его энергия восстанавливается с огромной скоростью.
И в этот миг, когда все чувства обострились до предела, он ощутил нечто давящее и до глубины души раздражающее, исходящее из главного здания храма. Будто иглы в кожу впились.
Там определенно что-то есть. Что-то очень интересное и опасное.
Сущность размером с дом? Помеха размером с гору? Как знать…
— К-кто ты такой? — просипел участковый, испуганно смотря в глаза Айзела.
— Смерть с косой. — Он отпустил его и сделал шаг назад. — Не препятствуйте мне. Я не уйду отсюда пока не найду друга.
Айз всем нутром уловил непонятное шевеление за спиной и резко развернулся, напугав девушку в зеленом балахоне. В руках она держала большой грязный камень.
— Малая, ты…
Было ошибкой отвернуться от одного врага к другому. На этот раз даже при его скорости и умениях он не сумел мгновенно среагировать.
Оглушающая сильная боль в затылке ошарашила и взбесила. Айзел покачнулся вперед, чудом устоял на ногах и медленно развернулся. Перед глазами расплывался мир, люди теряли очертания. Последнее, что он увидел: противная усмешка участкового и облегчение на лице Аэлии.
— Вот вы твари, — прошептал Лендер и рухнул без сознания.
Глава 28. Обряд
В тяжелое и мучительное забытье проник слабый голос.
— Айзел, — звал кто-то. — Очнитесь, Айзел. Чем бы вам помочь… Черт…
Лендер поморщился. Боль будто бы сдавливала мозг, в ушах звенело, к горлу подкатывала тошнота. Он с трудом разлепил глаза и тут же закрыл обратно, успев увидеть посеревшие от времени доски и балки потолка.
В памяти короткими вспышками промелькнул разговор с настоятельницей и довольная рожа участкового.
Гниды!
На одной лишь ярости Айз упрямо открыл глаза и, борясь с головокружением, попытался приподняться. Получалось плохо. Руки и ноги были связаны. Веревка впивалась в запястья.
Лендер смачно выругался.
— Извините, я бы помог, но сам… не в лучшем положении.
Айз перевел взгляд на человека, сидящего рядом. Его ноги тоже связали, а руки заковали в наручники. Он привалился к стене и тяжело дышал.
— Сыщик! — узнал Айзел изнуренного и бледного как смерть мужчину, подполз к нему и кое-как сел рядом. — Ты, мать твою, куда делся?! — На лбу Евана красовалась приличная шишка, на губе и под носом засохла кровь, в глазах застыла вселенская усталость, хороший костюм детектива превратился в помятую и грязную тряпку. — Можешь не отвечать. Эти сукины дети и тебя вырубили?