Остался последний рывок.
Он дернул вверх шестиглазую башку — и она осталась у него в руках, перестав орать. А вот тело, извиваясь, забралось обратно в Помеху, после чего та стремительно уменьшилась и закрылась.
Сделав жадный вдох, Лендер рухнул на землю без сил. Хотелось отключиться, чтобы не чувствовать насколько ему хреново, но сознание упрямо его не покидало, держась за боль и желание жить. Где-то вдалеке послышались голоса.
Другие жители храма вышли или помощь, наконец, прибыла?..
— Айзел! — испуганно крикнула Алеста, подбежала к нему, упала рядом на колени и провела рукой по его лицу. О, небо, у нее самые нежные руки на свете. Жаль, что он почти не видит ее. Все такое расплывчатое и блеклое. — Айзел… боже… что с твоей энергией? Я помогу тебе. Потерпи немножко. — Он застонал, когда она положила руку на его грудь и поделилась с ним чистой оживляющий силой. Капельку полегчало, организм расслабился и перестал рьяно цепляться за крохи сознания. Зато боль во всем теле обрушилась лавиной, голову разрывало, в ушах гудело. С губ сорвался хриплый стон. — Позовите врачей! Скорее!!! Тише, родной мой, тише. Сейчас тебе помогут. Главное, держись. Все будет хорошо, — взволнованно бормотала Алеста, дрожащей прохладной рукой поглаживая его щеку. — Боже, что с тобой сотворили?..
— Рэйс, у нас тут куча трупов и один раненый, — раздался грубый мужской голос неподалеку. — Срочно нужны врачи.
Лендер попытался успокаивающе улыбнуться, глядя на расплывчатое лицо своего ангела, и просипел:
— Я убил их. Я убил их всех, ангелочек. Я победил чуму…
— Молчи, Айз! — с непонятной паникой попросила она, наклонилась к уху Видящего и отчаянно зашептала: — Молчи. Умоляю только молчи! — теплые мягкие губы прижались к его виску. — Не говори ничего, Айз.
Почему? Ему очень хотелось немедленно обо всем рассказать Алесте, поделиться с ней…
Однако сил на вопросы и рассказы уже не хватило. Лендер наконец-то погрузился в спасительную тьму.
Алеста Кайрен
Путь от дома Люцера до Ошбрена занял много времени. Вообще в этот день все было против нас. У Хелира и ребят дела обстояли плачевно. Недалеко от въезда в поселок их встретили Сущности и Паразиты. Две крупные Помехи открылись по бокам от дороги. Они словно специально оказались там и охраняли поселок. Проехать мимо, не разобравшись с ними, попросту не получилось. Дядя, конечно, порывался оставить группу и уехать один, но его не отпустили Твигги и Дарл, убедив, что это небезопасно. Да и не известно, что творится в Ошбрене и храме, учитывая слова Айза. Его голосовое сообщение встревожило всех. Хел сразу вызвал полицию и скорую на всякий случай.
В итоге службы приехали к храму одновременно с Чистильщиками и со мной.
— Оперативно как всегда, — сквозь зубы ругался дядя, пока мы мчались к храму. — Могли бы и пошевелиться!
Последней каплей в этой суматохе стало появление участкового. Он тащил на себе из леса бессознательного Евана и кричал:
— Помогите! Человеку плохо!
Потрепанного мужчину забрали врачи скорой. Твигги пошел с ними, заметив удручающее состояние энергии детектива.
— Что у вас произошло? — спросил высокий статный полицейский у Роджара.
Мы тоже остановились. Я нервно поглядывала на ворота храма, которые полиция пыталась открыть, и в любой момент была готова сорваться с места. Сердце колотилось часто и громко, норовя пробить грудную клетку. Все нутро вопило, что случилось страшное. Я подавляла животный ужас, пытаясь не поддаваться панике.
— Псих… — по бледным щекам участкового покатились слезы. — Этот псих всех убил! — заорал он и осел на колени, смотря на нас. — Я запомнил, он из ваших! Заявился сюда и угрожал нам! Не пойми в чем обвинял Аэлию и меня! Хамил и оскорблял! Я его прогнал взашей и занялся поисками человека.
Напряженно обняла себя руками. Не надо было ему одному сюда соваться.
— Пожалуйста, успокойтесь, — ровно попросил полицейский. — О каком человеке идет речь?
— Псих сказал, что в храм вчера пошел какой-то мужчина и не вернулся домой. Этот сумасшедший утверждал, что якобы мы скормили несчастного Сущностям, которые по округе бродят! Мы! Тьфу, черт со мной! Но настоятельницу-то за что?
Она самая светлая и чистая женщина! В ней столько добра и заботы, что на весь мир хватит! — разошелся Роджар.