— Дар, — улыбнулась я. — Дар, я была там… в раю… Я там была… Там невероятно… Столько любви и света!
Должно быть, мне все привиделось, пока я была без сознания. Жаль… Очень жаль…
Я же вроде ранена сейчас?.. Да, ранена. В брата выстрелил тот отморозок, а я бросилась под пулю и она… Она точно попала мне в грудь. В первую секунду я даже не почувствовала чудовищной боли, а когда почувствовала… Не помню, что было дальше. Хотя нет, помню. Дальше был рай…
— Господи, Ал, ты жива… Сестренка, ты и правда жива! — Дарен вцепился в мою руку и продолжал повторять одно и то же: — Жива, жива, жива…
Что-то не так…
Прикрываясь какой-то белой тонкой простыней, села и попыталась осмотреться. Резко дернулась, когда наткнулась взглядом на растерянных врачей, застывших перед операционным столом на котором лежала я. Они не шевелились и с немым шоком глядели на меня. Один из них держал в руке окровавленный скальпель. Фильмы ужасов отдыхают…
— Дарен, что происходит? — удивленно обратилась к брату. Он стоял на коленях, стискивал обеими руками мою руку, прижимал ее к своему лбу и молчал. Его ужасно трясло. — Дарен, уже все хорошо. Бедный, ты так переволновался. Перестань, братишка, — аккуратно вытащила руку из хватки брата, ласково погладила его по голове и снова посмотрела на врачей. — Объясните что происходит?
Сняв маску и сделав глубокий вдох, мне неуверенно ответил побледневший врач:
— Вы умерли и воскресли, кажется…
О, я слышала раньше эти истории от дяди… Стоп! Что?!
— Я?! — воскликнула. — Серьезно? Я конечно сейчас была в раю, но я думала это галлюцинация… Погодите! — заглянула под простыню и внимательно осмотрела грудь. — А где рана? — пораженно уставилась на врачей. — И пуля где? В меня же стреляли! — рядом послышался судорожный всхлип. — Дарен? — повернулась к брату. Он вытирал ладонью слезы со щек. — Братишка, ты чего? Все в порядке. Я жива и здорова! — Тут до меня, наконец, дошло, что не так во всей этой ситуации. — А где мама с папой? — спросила настороженно.
— Ал, — брат поглядел на меня глазами полными слез. В них было столько тоски и скорби, что в груди болезненно сжалось сердце и заныло под ребрами. — Ал, мама с папой… — Резко выдохнула и помотала головой, не желая слушать, что он скажет дальше, но все равно продолжила в ожидании смотреть на него, надеясь на чудо. — Их убили, Ал, — срывающимся голосом произнес Дарен. — Маму с папой убили.
«Убили», — эхом отозвалось в голове.
Меня однажды в детстве ударили в живот. Ударила неприятная девчонка, которая была старше года на два. Ударила сильно. Мне было очень больно… Очень…
Слова Дарена ударили в живот в миллион раз больнее, лишая чувств и дыхания.
— Что ты мелешь? — нервно расхохоталась. — Этого не может быть! Нет, этого… Я воскресла, а они умерли? — снова засмеялась, но тут же резко замолчала и рявкнула: — Вы тут все рехнулись?! Дарен, скажи, что ты пошутил?! Скажи, что это тупой розыгрыш! Где они?! Дарен! — закричала, хватая его за белую футболку, запачканную в крови. — Где они? Где они?!! — безумно орала я на всю больницу, срывая голос.
— Алеста, они умерли! — тоже выкрикнул он, порывисто поднялся и крепко обнял меня, прижимая к своей груди. — Их больше нет. Прости…
— Нет! — выкрикнула, попытавшись вырваться. Брат не позволил, не отпустил. — Такого не может быть! Это невозможно! Как?! Как это произошло?!
Дарен судорожно выдохнул и сквозь всхлипы попытался заговорить:
— К-когда ты с-спасла меня… Ко-когда в т-тебя выстрелили, отец бросился на того ублюдка и… И нашего папу… Прямо в голову, — брат трясся всем телом, но продолжал удерживать меня и рассказывать. — Мама была рядом с нами. Она обнимала тебя и п-плакала, а когда папу у… уб-били, она очень громко закричала, — его голос сорвался на шепот, — и в нее тоже выстрелили. Она с-сказала… Ее последние слова… Она сказала, что очень любит нас. Прости меня, Ал, прости, — сдавленно произнес брат.
Из меня словно вновь вытащили душу, но на сей раз ее истерзали, вывернули наизнанку, протащили по всем кругам ада и, изломанную, засунули обратно в тело.
— Нет… — прошептала, не веря ему. — Нет! — крикнула, вжимаясь лицом в плечо брата. — Пожалуйста, не надо так! Пожалуйста… Такого не может быть! Не может!!!
— Нужно вколоть успокоительное… — услышала краем уха.