— Да, похоже, он из таких, — соглашается Дора, хотя на самом деле ей вовсе так не кажется.
В один душный понедельник в середине июля Дора остается в библиотечном зале одна: мисс Пинкни разговаривает по телефону, а Хильда опаздывает с обеда. Входит новая группа курсантов, и на регистрацию выстраивается шумная очередь. Дора сидит, склонившись над ящиком с карточками, в висках у нее стучит. По правилам она должна внести в картотеку предыдущий формуляр прежде, чем начинать оформлять следующий, иначе начнется хаос. Но буквы перед глазами расплываются, и пальцы не слушаются.
Следующий в очереди нетерпеливо барабанит пальцами по краю стола.
— Послушайте, мисс, у вас есть «Мистер Бритлинг пьет чашу до дна» Уэллса?
— Боюсь, на нее большая очередь, — отвечает Дора, не поднимая глаз.
— А как поживают кролики?
В груди у Доры екает, и она тут же думает: какая же она глупая, что вчера не вымыла голову! Он стоит в трех футах от нее, а может, и меньше. Подняв взгляд, она понимает, что Чарльз Бейкер еще слишком молод для адвоката: ему, кажется, лет восемнадцать-девятнадцать. Дора знает, что в последнее время Судебные инны все шире раскидывают свои сети в поисках новобранцев. Так что он, должно быть, студент.
— Э-э-э… У них все хорошо, — отвечает она. Щеки у нее пылают, кожа под волосами чешется. — Большое спасибо, — добавляет она и принимается стирать карандашные пометки с карточки, на которую ей предстоит вписать его данные.
— Это самое малое, что я мог сделать, мисс Гринвуд. Жаль, что я не повидался с вами, когда приходил.
— Вы знаете, как меня зовут… — произносит она в замешательстве и тут же бранит себя за это. Что за глупость! Он же приходил к ним домой.
— Знаю, — отвечает он. — Я настоящий Шерлок Холмс, хоть кого спросите.
Дора смеется. В очереди раздается ропот.
— У меня уже есть формуляр. — Курсант протягивает ей листок. — Я вот эту возьму.
Они соприкасаются кончиками пальцев под потрепанным экземпляром «Похищенного» Стивенсона, и между ними словно проскакивает искра.
Когда Дора с Хильдой выходят в пять часов из библиотеки, Бейкер ждет на улице с книгой под мышкой, стряхивая пушинки с рукава. Его мундир выглядит безупречно, замечает Дора, латунные пуговицы сверкают, и на каждой из них ухмыляется крылатый дьявол с трезубцем в руках.
— Мне к лагерю как раз с вами по дороге, дамы. Могу ли я составить вам компанию — если, конечно, вы направляетесь домой?
— Мы не против, правда, Дора? — отвечает Хильда, подталкивая ее локтем, а у той сердце бешено колотится в груди.
Бейкер отвешивает театральный поклон.
— Весь корпус будет мне завидовать.
— Дора — самая красивая девушка в Беркхэмстеде, — сообщает Хильда. — Вы согласны?
— Хильда! — протестует Дора, и щеки у нее пунцовеют.
Чарльз Бейкер довольно смеется.
— Не стану этого отрицать.
Дорога домой занимает больше времени, чем обычно. Чарльз рассказывает им истории о том, как курсанты, не умея ориентироваться по компасу, плутают в ночном лесу, как будущие адвокаты отбиваются от дисциплинарных взысканий, находя себе оправдания, как он заплатил местному мальчишке шиллинг, чтобы тот нашел для него двух крольчат. Мать у него снобка, рассказывает он, далеко не такая очаровательная, как миссис Гринвуд, но она недавно прислала ему новые ботинки и полевую форму, так что жаловаться ему не приходится. После войны он собирается поступать в Куинз-колледж в Оксфорде изучать юриспруденцию и поддерживает право женщин на образование. На будущей неделе он отправляется «на охоту». Он понимает, что во Франции может и не уцелеть, но каждый ведь должен внести свою лепту, правда?
В конце их прогулки, когда они поднимаются по холму к Фэйрвью, он пожимает девушкам руки и просит разрешения проводить их завтра.
— Я знаю, что он заглядывается на тебя и немного чересчур рисуется, но, по-моему, он потрясающий, — заявляет Хильда, сдвигая очки на вспотевшую переносицу.
Дора мысленно возносит благодарственную молитву Гилберту за принесенную им жертву.
Остаток июля проходит в мареве библиотечных дней и вечерних прогулок. Чарльз сопровождает девушек всякий раз, когда свободен, иногда прихватывает с собой товарища для компании. Они ходят смотреть на спортивный праздник в корпусе: Чарльз побеждает в беге в мешках, но падает носом вниз, когда курсанты состязаются в перетягивании каната. В другие дни они катаются на велосипедах по окрестностям, устраивают пикники или ходят в кино. Дора замечает, с какой легкостью Чарльз идет по жизни, отмахиваясь от неудач и сожалений, словно от мух, и он всегда в поиске новой забавы или источника развлечений. Он не отличается ни пунктуальностью, ни организованностью, но его непосредственность заразительна. Поначалу Дора опасается, что она для него слишком серьезна, слишком обыкновенна и он скоро потеряет к ней интерес, но он продолжает приходить. К ее удивлению и разочарованию, он — безупречный джентльмен.