Игра захватила, и первой вышла я. «Кто же достанется мне на растерзание?»
— Опа! — радостно выкрикнула я. — Серёжа!
Он хитро прищурился, и внутри у меня что-то затрепетало.
— Что же вы пожелаете, Ольга?
«Ох, как же мне нравится, когда он произносит моё полное имя…»
— Ну, раз уж вы со мной так гадко обошлись, Сергей, то… — я уже готова была выдать что-то ехидное, но слова вдруг застряли в горле.
— Ну? — он потянулся ближе, уголки губ дрогнули.
— Можно я отложу желание на потом? — выкрутилась я, обведя взглядом остальных. — Хочу придумать что-то супер коварное.
— Да, можно, — хором согласились ребята.
Я облегчённо выдохнула. Хотя ещё минуту назад у меня был целый список способов поиздеваться над Нагимовым, сейчас в голове была пустота.
— Если я выиграю, то могу отменить твоё желание, — прищурился он. — Не пожалеешь?
— Ты? И снова выиграешь меня? Очень смешно, — фыркнула я.
Он только усмехнулся и начал раздавать.
— А у Серёжки кривые ручки, — заметила Влада, глядя в свои карты, и мы дружно хихикнули.
Неожиданно Серёжа снова наклонился ко мне, показав свои карты сбоку.
— Сам себе раздал, сам себе и насрал, — с усмешкой пробормотал он прямо мне в ухо.
Я не удержалась и тихо рассмеялась, прикрывая рот ладонью.
Следующая игра принесла победу Саранову и поражение Влады.
— Иди покукарекай под столом, да так! — злорадно ухмыльнулся он, указывая пальцем вниз.
— Эй! И так сойдёт! — фыркнула Влада, но, одёргивая короткое платьице, всё-таки присела на корточки и попыталась изобразить курицу под столом.
Мы смеялись так громко, что казалось, слышал весь дом.
Игра продолжилась, и один за другим мы сдавались перед удачливыми победителями. На лицах проигравших — клеймо поражения, но азарт не ослабевал.
В какой-то момент мы заметили, что Костя не проиграл ни разу. Более того, он ни разу не воспользовался правом загадать желание.
— Ну, Кость, давай! — Катя почти умоляла, заглядывая ему в глаза. — Мне самой интересно, что ты можешь пожелать.
— Да не знаю я… — буркнул он, но потом, видимо, чтобы отделаться, бросил: — Раз тебе так хочется, можешь поцеловать коленку Вована.
— Фу-у-у… — дружно застонали ребята.
— Как это мерзко!
— Гадость!
— Ну что, приступай, Катенька, — с усмешкой произнёс Саранов, демонстративно задирая штанину.
Катя шарахнулась назад.
— Нет уж! Я не буду!
— Це-луй! Це-луй! Це-луй! — скандировали все.
Катя долго упиралась, но, краснея, всё же склонилась к Вове и торопливо коснулась губами его волосатой коленки.
— Фу! — она брезгливо вытерла рот, а мы наградили её аплодисментами.
— Вы у меня за это ещё ответите, — обещала она, раздавая карты.
Время летело, но азарт не стихал. Я поражалась, как нам так долго не надоело играть.
И вдруг настал мой трагический момент — я проиграла Кате. Она довольно прищурилась.
— А я уже знаю, что загадаю тебе, Оль.
По спине пробежал холод.
— Поцелуй Серёжу.
Я не сразу осознала сказанное. Ребята переглянулись, и только Ира нарушила молчание:
— Кать, у Серёжи вообще-то есть Ксюша.
Виноградова лишь закатила глаза.
— Господи, ну нашли проблему! Ксюша же ушла, так что теперь всё можно.
— Ну, технически да, — вставил Орлов, бросив взгляд на Серёжу. — Тем более, он с ней поругался. Она сказала, что видеть его не хочет.
Я краем глаза посмотрела на парня слева от себя. Серёжа положил локоть на колено и пристально смотрел на Катю. Он молчал, но по его лицу было видно — идея ему не по душе.
— Ребят, ну это же просто игра, — осторожно вмешалась Ира, но напряжение в воздухе не рассеялось.
Мне было вообще невдомёк, зачем Виноградова пожелала такое. К чему ей это было? Она хотела подставить меня? Выставить предательницей перед Ксюшей? Или это была своего рода месть бывшему? Но до чего же странная.