По телевизору зазвучала песня Людмилы Гурченко «Пять минут». Я широко улыбнулась, слушая её, и в такт даже покачивалась из стороны в сторону. Родители переглянулись и тоже улыбнулись. Следом началось поздравление президента. Мы слушали внимательно, потом встали, взяли в руки бокалы.
Били кремлёвские куранты. Я задержала дыхание, загадывая желание: «Пожалуйста, пусть в новом году я встречу свою любовь… ту, что полюбит меня в ответ».
— Ура! — дружно крикнули мы и чокнулись бокалами.
Папа весело хлопнул ладонью по столу:
— Пойдём гулять?
— Конечно, фейерверки смотреть! — подхватила мама.
— Ага, — я улыбнулась и быстро допила свой сок. — Я тоже хочу на улицу!
Мы быстро собрались и вышли на воздух, который пах морозом и праздником. Со всех сторон вспыхивали яркие огни, небо то и дело расцветало разноцветными вспышками. Внутри было тепло, уютно и радостно. Я достала телефон и начала отправлять поздравления друзьям.
Но самым волнительным моментом стало то, когда я написала смску Серёже. Ничего оригинального я не придумала, просто отправила:
Я: С Новым годом! Пусть все мечты сбудутся!
Мы с родителями гуляли по праздничному городу. Кругом были счастливые люди, звучали радостные крики, взрывались хлопушки, кто-то запускал в небо китайские фонарики. В воздухе витало ощущение волшебства.
— Красотища! — восхищённо сказала я.
— Точно-точно! — согласилась мама.
Вдруг я ощутила вибрацию в кармане.
«Сообщение? Наверное, ещё одно поздравление».
Но сердце замерло, когда я увидела, от кого оно.
Дима: С Новым годом, Оль. Пусть у тебя всё сложится. Будь счастлива
Что-то внутри сжалось — то ли от боли, то ли от облегчения. Я хотела его поздравить, но так и не решилась, не захотела напоминать о себе. А он написал сам… Я поспешно набрала в ответ:
Я: Дим, спасибо за всё. Всего тебе самого наилучшего!
Сунула телефон обратно в карман. На лице застыла глупая улыбка, а в глазах уже блестели слёзы.
«Прости меня, Дим. Я правда тебе очень благодарна. За всё. За то, что ты был в моей жизни».
Был уже почти час ночи. Громыхание фейерверков не прекращалось и, казалось, не утихнет до самого утра.
— Ой, Оль, а кто это там? — вдруг спросила мама. — Не мама ли твоего одноклассника?
Я повернула голову в указанную сторону и… мои глаза чуть ли не вылезли из орбит.
Серёжа. С родителями и сестрой.
Его отец — настоящий гигант, высокий, широкоплечий, в военной зимней форме. А рядом с ним — хрупкая мама, закутанная в тёмно-серый пуховик и с платком на голове. Вика, его сестра, несмотря на поздний час, носилась вокруг брата, кидалась снежками, визжала от восторга. Серёжа пытался защищаться, но сдавался под её напором. Шестнадцатилетний парень проигрывал маленькой, но очень шустрой девчонке.
Я невольно рассмеялась, и тут мы пересеклись взглядами. Судя по лицу, Серёжа был удивлён не меньше моего.
— С Новым годом вас! — радостно поздравила моя мама.
Папа пожал руку отцу Серёжи, но как-то неуверенно. Да уж, рядом с этим великаном даже мой спортивный папа выглядел миниатюрным.
Я заметила ухмылку, скользнувшую по лицу Серёжи.
— Привет, — сказал он мне.
— Виделись, — улыбнулась, чувствуя лёгкую дрожь внутри.
— В том году, но не в этом, — хмыкнул он.
Я усмехнулась и перевела взгляд на его сестру.
— Привет, а ты — Вика?
— Да! А ты? — звонко ответила она, притопывая на месте.
— Оля. Я одноклассница твоего брата, — широко улыбнулась ей, надеясь, что понравлюсь.
В голове промелькнули слова Ксюши о том, что Вика «невозможная приставала». И тут его сестра выдала:
— Серёж, а это твоя другая подружка? — потянула брата за рукав.