— Ты даже этого не умеешь? — Серёжа уставился на меня.
— Да! — выпалила я, вспыхнув от стыда.
Он закатил глаза, но ухмыльнулся.
— Ладно, сейчас помогу.
И прежде чем я успела возразить, он уже опустился на одно колено и начал шнуровать мои коньки.
«Он… он реально делает это?»
— Д-давай я сама… — пискнула я, чувствуя, как щёки заливает жар, но он лишь отмахнулся.
— Сиди спокойно, не мешай.
Прикусила губу, наблюдая, как его пальцы ловко затягивают шнурки. Сердце колотилось так, будто я собиралась выйти не на лёд, а замуж.
— Готово, — сказал он, поднимаясь. — Ну, вставай.
Я глубоко вдохнула и осторожно оперлась на его ладонь, пытаясь подняться. Ноги тут же разъехались в разные стороны, и я с визгом вцепилась в его рукав.
— О, да ты уже прирождённая фигуристка, — с усмешкой заметил, удерживая меня.
— Не смешно! — злобно прошипела я, но сама едва не расхохоталась от абсурдности происходящего.
— А теперь — на лёд, — решительно заявил Серёжа.
— Что? Уже?!
— А что такого?
— Может, ты хотя бы объяснишь, как ногами передвигать? — паника в моём голосе была слишком очевидна.
— Ты вообще никогда не каталась?
— Вообще! — почти взвизгнула я.
Он хитро прищурился:
— Ну, тогда тебе не повезло с учителем, — наклонился ко мне, почти касаясь моего лица. — Я злой и беспощадный.
— А я плохая ученица, — выдавила, пытаясь состроить вызывающее выражение.
— Вот и отлично, — хмыкнул он, отстраняясь. — Значит, будет весело.
— Ты издеваешься…
— Нет. Готовься — на льду будет больно, — с довольной ухмылкой сказал он и резко потянул меня за руку вперёд.
— Серёжа! — взвизгнула я, вцепившись в его руку.
Но он только рассмеялся:
— Не бойся.
Мои глаза расширились, а ноги дрожали так, что казалось, будто подо мной ходила ходуном вся земля. Толпа вокруг шумела, кто-то громко смеялся, кто-то падал на лёд, а я вцеплялась в Серёжу, словно в спасательный круг. И вдруг он разжал пальцы и отпустил меня.
— Серёж! — я едва не закричала, дико вращая руками, пытаясь удержать равновесие. — Ты с ума сошёл?!
Он отъехал на пару шагов и жестом подозвал меня.
— Давай, сделай шаг. Один.
— Ты издеваешься! — я металась взглядом по катку, ища хоть кого-то, кто спасёт меня от этого кошмара.
«Так, отступать некуда. Оля, не будь трусихой!» — приказала я себе, крепче сжав зубы. Серёжа, кажется, заметил мою решимость и, кивнул.
— Смотри, всё просто, — сказал он спокойным, почти учительским тоном. — Чуть-чуть наклоняешься вперёд, вот так, — показал, слегка согнув колени. — И отталкиваешься ногами.
Я кивнула, хотя в голове царил хаос. Собрав всю волю в кулак, сделала первый шаг. И тут же с грохотом шлёпнулась задницей на лёд. Серёжа рванул ко мне, но было поздно — я уже сидела на льду, красная от стыда.
— Ай! — пискнула я, и на секунду зажмурилась от боли и холода.
Нагимов сначала замер, а потом громко расхохотался, чуть не согнувшись пополам.
— Ты хоть бы посочувствовал! — возмущённо фыркнула я, пытаясь встать сама, но тут же едва не упала снова.
— Сочувствую, — ухмыльнулся он, протягивая руку. — Просто… это выглядело очень эпично.
— Ага, спасибо, — буркнула я, но всё равно взяла его ладонь.
— Давай, — рывком поднял меня на ноги, так что я буквально впечаталась в его грудь.
«Слишком близко…»
Правым ухом слышала, как ровно и спокойно билось его сердце. Завидовала этому спокойствию, потому что сама в этот момент была полным его антиподом. Меня снова накрыла волна паники. Не из-за коньков, а из-за него. Из-за того, как он держал меня, из-за того, что рядом с ним я словно забывала, как дышать.
— Слушай, а тебя не смущает, что у меня ладони потеют? — вдруг вырвалось у меня, и я тут же захотела забрать слова обратно.
«А если ему неприятно? А если он подумает, что я какая-то мерзкая?..»
— Нет, — быстро ответил он, не давая мне раскрутить собственную истерию.