«Как же я хотела всего этого. Хотела просто быть с ним, говорить, смеяться, слушать его голос, который звучит только для меня. Хотела смотреть в его тёплые, глубокие глаза, любоваться этим чертовски красивым лицом. Я столько раз представляла себе эти моменты».
И вот теперь это было реальностью. Он смотрел только на меня. Улыбался только мне. Разговаривал только со мной.
Я же полюбила его с первого дня, с первого взгляда. Тогда — седьмого сентября — я не осознала, что это была любовь. Но теперь Серёжа проник в каждую клетку моего сердца, занял там место, и я уже не хотела, чтобы это когда-нибудь изменилось.
Хотела держать его за руку, чувствовать, как его большой палец лениво скользит по моей коже, как тепло его ладони сливается с моим. Хотела обнимать его крепко-крепко, чтобы сердце срывало ритм. Хотела целовать его, касаться его мягких губ, растворяться в их вкусе, в его дыхании, в этом ощущении абсолютного счастья. И вдыхать его запах полной грудью — этот дурманящий коктейль из сигарет, классного парфюма, шампуня и еле уловимого лосьона после бритья. Всё это — он. Всё это сводило меня с ума.
Я даже не думала, что влюблённость может быть такой… безумной. Она сносила меня с ног, переворачивала весь мир вокруг. Я никогда не чувствовала ничего подобного. И оттого было страшно. Страшно потерять всё это в один миг.
— Иди ко мне, — позвал Серёжа.
Я смотрела на него слишком долго, слишком пристально и он это заметил. Медленно поднялся, а я, будто заворожённая, последовала его примеру. В следующее мгновение я оказалась в его объятиях.
Задержала дыхание, не в силах отвести взгляд. Он смотрел на меня пару секунд, потом чуть наклонил голову набок. Сердце подпрыгнуло: «Он хочет меня поцеловать?». Казалось, Серёжа читал мои мысли.
Я почувствовала его тёплое дыхание раньше, чем его губы прижались к моим. За долю секунды мурашки пробежали по всему телу, словно кто-то включил ток. А потом он мягко и медленно поцеловал меня. Щёки мгновенно загорелись, дыхание сбилось.
И вдруг… Серёжа провёл языком по моей нижней губе. Я замерла, но всё-таки приоткрыла рот. Его язык скользнул внутрь, а я, не зная, что делать, пыталась повторить его движения дрожащим языком. Но тут… заметила вкус колбасы.
Мы оба резко отстранились и расхохотались.
— В следующий раз надо выбрать что-нибудь другое, — ухмыльнулся Серёжа, вытирая уголок губ. — Например, конфеты.
— Я люблю молочные, — выдохнула я, пытаясь успокоить дыхание.
— А я — карамельные.
— Так, значит, ты хочешь меня подсадить на сладкое? — я попыталась изобразить строгость.
— Возможно, — протянул он, с самым невинным видом, но в глазах блеснула дерзкая искорка. — Хотя это далеко не всё, что я хочу.
— Что? — я вскинула брови. — Что ты ещё там задумал?
— Да так, ничего… — он прикрыл рот ладонью, и я невольно залюбовалась его длинными пальцами.
— Нет уж, говори!
Серёжа медленно улыбнулся, словно смакуя момент, и произнёс с нарочитым спокойствием:
— Знаешь, у тебя… сейчас был довольно шаловливый язычок.
Я застыла. Распахнула глаза. А потом меня накрыло тако-о-ой волной смущения, что я буквально отскочила назад, едва не споткнувшись.
— Ч-что? — пискнула, не понимая, смеяться мне или провалиться сквозь землю.
— Да ничего, — Серёжа ухмыльнулся, наблюдая за моей реакцией. — Прикольно было.
«Что он вообще имеет в виду?..»
Я прижала ладони к пылающим щекам, пытаясь спрятаться от этого позора.
— Эй, не обижайся, мась, — он тихо рассмеялся, явно довольный собой. — Я же пошутил. Ты чего?
— Ничего, — выдавила я, чувствуя, как горю изнутри.
— Скажи мне, о чём ты думаешь, — сделал шаг вперёд.
— Ни о чём, — пробормотала я, пятясь назад.
Хотелось провалиться сквозь землю.
— Оль, — он обхватил мои плечи, и его глаза пронзили меня, будто он мог вытащить мои мысли наружу. — Если не скажешь, я тебя защекочу.
Улыбнулся, и мои уголки губ, несмотря на пылающее лицо, тоже дрогнули.
— Просто… — начала я.
— Что «просто»? — его голос стал более настойчивым.