— А что есть? — ответила я вопросом на вопрос.
— Чай, кофе? — предложил он, потянувшись к верхней полке за кружками.
В этот момент живот предательски скрутило от голода.
— Кофе, — решилась я, скрестив руки на груди. — Посмотрим, как ты с ним справишься.
— В смысле? — нахмурился он, уже ставя кружки на стол.
— Когда я в прошлый раз была у тебя, ты заставил меня сделать кофе… который тебе, между прочим, не понравился.
Серёжа изобразил удивление и невинно развёл руками:
— Какой кофе? Не помню такого.
— Очень смешно, — уселась за стол.
И тут мимо меня вальяжно промчался пушистый комок.
— А вот и ты! — радостно воскликнула я, наклоняясь и подхватывая котёнка. Та возмущённо пискнула, замолотила лапками, но через секунду прижалась ко мне и затихла.
«Пусть теперь эта Маська привыкает к моим объятиям», — злорадно подумала я, уткнувшись носом в её мягкую шерсть.
Пока чайник закипал, Серёжа сел напротив и, подперев подбородок рукой, с интересом наблюдал. Я буквально ощущала на коже его внимательный взгляд. Медленно повернула голову, готовая встретить его глаза… но заметила, что он всё это время смотрел не на меня, а на Маську.
«Блин».
Мысленно я со всего размаху ударилась лбом о стену.
«Конечно, кошка для него интереснее, чем я!»
— Ты её так замучаешь, — усмехнулся он, когда я начала нетерпеливо теребить пушистый комочек в руках.
Огляделась и заметила в углу две миски: в одной почти закончился сухой корм, в другой блестела чистая вода. Рядом свернулся тёмный шерстяной клубок.
— Смотрю, она у тебя тут уже обжилась, — сказала с лёгкой улыбкой.
— Ага. Теперь она даже с Викой спит.
— Ого… А ты же говорил, что Маська поначалу от тебя ни на шаг не отходила.
— Ага, бегала хвостом, — хмыкнул он. — Но теперь хотя бы не только ко мне пристаёт.
Я бросила на него укоризненный взгляд, но он только нагло ухмыльнулся в ответ.
— Скажешь тоже, — фыркнула. — Как будто жалеешь, что с улицы её забрал.
Обняла маленькую кошечку крепче, чмокнула её в пушистое местечко между ушами и нежно потерлась носом о её тёплый лоб.
Серёжа, наблюдая за моей нежностью, усмехнулся:
— Да не, не жалею. Просто… спать с ней — тот ещё квест.
— В смысле?
— Да она занимает половину кровати, — он изобразил обречённость, качая головой. — А если я хочу подвинуть её — дышит на меня обиженно и уходит демонстративно. А через полчаса возвращается и устраивается у меня на голове.
Я прыснула со смеху и спрятала лицо в мягкой шерсти:
— Она просто тебя воспитывает. Учит делиться.
— Ага. Особенно — одеялом и подушкой, — фыркнул он.
Чайник вскипел, и Серёжа лениво потянулся, зевнув в полголоса:
— Может, сама нальёшь?
— Нет уж, — фыркнула. — Не хочу снова вас разочаровывать.
— А с чего ты взяла, что разочаровала меня в прошлый раз? — он приподнял бровь.
Я вскинула свои, не веря своим ушам:
— Ты сам это сказал.
— Я сказал, что кофе вышел слишком сладким, — поправил он, улыбнувшись уголком губ. — Но не говорил, что он мне не понравился.
Я замерла, чувствуя, как по щекам горячей волной разлился румянец.
— Тогда зачем надо было позорить меня перед ребятами?
— Хотел позлить тебя, — без тени сомнения ответил он.
— Ах ты, гад!
Я тут же опустила кошку на пол и в два шага подскочила к нему, принявшись колотить кулачками по его плечам. Серёжа расхохотался и попытался прикрыться руками.
— Ладно-ладно, прости! — выдохнул он сквозь смех, чуть наклоняясь назад. — Я просто пошутил!
— Да-да, конечно! — ударила его ещё раз.
Но в следующий миг он резко перехватил мои запястья, потянул и усадил к себе на колени.
— Эй! — я заёрзала, пытаясь вырваться, но он только сильнее сжал меня в объятиях.
Дёрнула ногами, но и их он прижал своими, полностью обездвижив меня. Сердце бешено колотилось, и я отчётливо осознала своё положение.