— Тш-ш! — я быстро приложила палец к её губам, оглянувшись на дверь. — Хочешь, чтобы все вокруг услышали?
— Да мне всё равно! Это бред!
Она была явно потрясена. Я не удержалась и улыбнулась, глядя на её растерянное лицо:
— Давай поспорим?
— На что?
— Скоро мальчики начнут раздавать подарки. Они каждый год распределяют, кто кому дарит. Если Ромашка выберет тебя — значит, я права.
Лиля закатила глаза и демонстративно поправила очки.
— И ты правда веришь, что он мне что-то подарит?
— Я уверена.
Она шумно выдохнула, потёрла глаза, пытаясь прийти в себя.
За дверью кабинета вдруг стало тихо. Я прищурилась, переглянувшись с девочками:
— Что-то они там подозрительно замолчали…
И тут дверь с шумом распахнулась. На пороге стоял Серёжа, улыбаясь во весь рот.
— Заходите, дамы, — сказал он нарочито важным тоном, делая широкий жест рукой.
Девочки со вздохами начали подниматься с лавочки.
— Наконец-то! — воскликнула Влада, и народ всей гурьбой двинулся внутрь.
Мы с Лилей шли последними. Она впереди, а я, проходя мимо Серёжи, поднялась на носочки и шепнула ему на ухо:
— Лиля знает про Ромашку.
Он растерянно моргнул, не ожидая такого поворота.
«Ох, блин… А что, если Костя ей ничего не подарит? Это будет полный провал! Лиля решит, что я просто поиздевалась над ней… Но ведь я говорила правду! Что же теперь делать?»
На стенах в классе висели воздушные шарики, а на доске красовалась надпись: «С 8 Марта, девочки!» Наши мальчишки, выстроившиеся вдоль доски в белых рубашках, выглядели на редкость собранными. Девочки расселись по местам, Людмила Михайловна стояла у двери и улыбалась. В колонках заиграла «Can’t Take My Eyes Off You» в исполнении Frankie Valli, и атмосфера стала совсем праздничной.
Каждый парень держал в руках шарик, жёлтый тюльпан, плитку Milka и открытку. Они начали по очереди читать поздравления. Когда называли имя, девочка выходила за подарком.
Я внимательно следила за происходящим, но вдруг заметила, как Серёжа с Костей шепчутся.
— Вов, отдай открытку! — зашипел Серёжа.
— Зачем?
— Просто отдай!
Вова закатил глаза, но передал открытку через всю линию мальчишек. Та оказалась у Серёжи, потом перекочевала к Косте. Они снова что-то быстро обсудили, переглянувшись.
И тут дошла очередь до Нагимова.
— А? Что? Я? — он вскинулся, когда Мишка толкнул его локтем в бок.
Девочки в классе начали перешёптываться и хихикать. Кто-то даже тихо предположил, что Серёжа может поздравить не меня.
«Только попробуй! Я сгорю со стыда, если ты подаришь кому-то другому…»
Серёжа взял открытку, и именно в этот момент из колонок раздались слова:
«I love you, baby,
And if it’s quite all right,
I need you, baby,
To warm the lonely night…»
У меня внутри всё сжалось. Сердце ёкало так сильно, что даже стало больно. А Серёжа спокойно читал:
— Дорогая наша Оля!
В женский день счастливой будь!
Счастье пусть придёт надолго,
Чтобы впредь не ускользнуть!
Я встала и пошла к нему. Улыбаясь, он протянул мне тюльпан и подарки. Я задержалась рядом чуть дольше, чем нужно, заглядывая ему в спокойные, уверенные глаза. И он сейчас почему-то показался мне особенно классным.
— Откуда поздравления брали? — спросила я.
Серёжа ухмыльнулся.
— С сайта с SMS-поздравлениями, — прошептал мне на ухо, чуть наклонившись.
Я закатила глаза и, хихикая, вернулась на место. В открытке корявым почерком Серёжи были выведены дурацкие стишки.
«Эх, вот бы он когда-нибудь сам что-нибудь сочинил, а не скопировал из интернета…»
Следующий был Костя. Он взял свою открытку и прочитал, явно волнуясь:
— С Восьмым марта, Лилия, тебя
Раньше всех хочу поздравить я.